Жена по завещанию

Он едва удержался, чтобы не хлопнуть дверью снова. И так влип по самые яйца. Двадцать тростью? Да за паука его не так жестко выдрали! Может, плюнуть на эту работу? Она ему не нужна.

Руслан прислонился к стене, коснулся лбом прохладной поверхности. Надо было послушаться хорошего совета, не переться в зал в невменяемом состоянии. Это все из-за Чары! Нет… Из-за его к ней отношения… Из-за того, что желание становится сильнее разума. Если он не возьмет себя в руки, то потеряет все — и женщину, которая ему нравится, и место, где его принимают таким, какой он есть.

В конце концов, Оля с ним из-за наследства, а клуб — его второй дом. И, значит, он примет все, что назначит ему хозяйка.

Чара вышла из кабинета и остановилась рядом с Русланом. Он чувствовал запах ее духов, видел острые носки сапожек, но головы не поднял. Встретиться с Чарой взглядом — невыносимо.

— Ру, прости меня, — сказала она тихо.

Он дернулся, как от пощечины. Вот уж чего не ожидал от Чары, так это извинений! Он вскинул голову, но упорно отвел взгляд, избегая очарования голубых глаз.

— Интересно, за что? — процедил Руслан, сознательно держа Чару на расстоянии.

— Мне не хватило опыта, чтобы догадаться…

Она хотела положить руку ему на плечо, но он отшатнулся, не позволяя дотронуться, и Чара замолчала.

— И? Догадаться о чем? — раздраженно спросил Руслан.

— Не важно, — вздохнула она. — У тебя есть стоп-слово, верно?

— Я не собираюсь терять из-за тебя работу! Делай, что должна.

— Принеси трость. Эйра будет наблюдателем. Самую тонкую, Ру.

Тростью его еще не пороли. Он здорово разозлил Эйру, если она назначила такое наказание. Но чем перед ней провинилась Чара? Или, наоборот, это поощрение? Но ведь она просила прощения…

Когда Руслан вернулся в кабинет Эйры, самым сильным чувством, которое он испытывал, был страх. Чара зла на него и пощады не будет. И Эйра ее поддержит. Уже… поддержала."

"Эйра сидела в кресле, заложив ногу за ногу, Чара стояла за спинкой кресла.

— Ру, подойди, — велела Эйра.

Он шагнул к креслу и опустился на колени, протягивая трость на вытянутых руках. Эйра приняла ее и взмахнула рукой, рассекая воздух. Руслан закрыл глаза.

— Ру, ты успокоился? — спросила Эйра. — Не молчи, если считаешь наказание несправедливым.

— Не успокоился, — пробормотал он. — И не считаю.