Жена по завещанию

— Но я никогда не подслушивала, — возразила Ольга. — И никогда не жаловалась на вас Эйре.

— И как она узнала? Только ты приходила в ту комнату.

— Спроси у нее, — огрызнулась она.

Значит, Руслан считает ее стервой и доносчицей. Как мило! Но теперь понятно, почему ненавидит. Куколка… А она думала, что он считает ее красивой, и это немного льстило, хоть она и не любила прозвища.

Наверное, это стало последней каплей. Эйра переоценила ее возможности. Ольга чувствовала, что не справляется. Какой там контроль, когда Рус ненавидит ее и ненавидит себя за то, что она ему нравится… Ее присутствие только усиливает его страдания.

— Я позову Эйру, — пробормотала она. — А вещи… привези потом в клуб, пожалуйста. Потом, когда сможешь.

— Оля! Что ты несешь?! — Руслан резко повернулся, перекатившись на бок. — Ты опять плачешь?

Она сердито вытерла руками мокрое лицо, позабыв, что на пальцах остался гель. Он попал в глаза, там защипало. Вскрикнув, она на ощупь кинулась в ванную комнату, налетела на что-то, ударилась и потеряла равновесие.

22

Невыносимая девчонка! И почему опять плачет? Сама же спросила! Надо было соврать? Но ведь в настоящем все иначе, потому и признался. Нехорошо лгать своей госпоже. Какие вещи? Какая Эйра?! Неужели он недостаточно вежливо выказывал свое почтение? Ведь это просто: беспрекословно слушаться, правдиво отвечать на вопросы…

Когда Чара, вскрикнув, кинулась куда-то бежать, Руслан дернулся за ней инстинктивно. И правильно сделал: она налетела на кресло и непременно упала бы, если бы он ее не подхватил.

— Что с тобой?

— Больно! — Чара забилась в его руках, вырываясь. — Щиплет! Надо промыть!

До Руслана дошло, что щиплет глаза, потому что она жмурилась и пыталась их потереть, а из-под век катились крупные слезы.

— Что-то попало в глаз? — спросил он, втаскивая Чару в ванную комнату. — Что?

— Гель… — всхлипнула она, пытаясь нащупать кран.

— Не дергайся, я сам. Руки убери!

Ну да, гель… А еще тени и тушь, как минимум. Жаль, что у него всего две руки. Приходилось и придерживать Чару, и промывать глаза, и следить, чтобы не намокли волосы, и шлепать по рукам, чтобы не мешала.

— Все, все… сейчас пройдет… — уговаривал Руслан. — Попробуй открыть глаза.

Чара щурилась на свет, но выполнила просьбу."

"— Легче? Не щиплет?

— Вроде прошло, — всхлипнула она. — С-спасибо…

Он аккуратно промокнул лицо чистым полотенцем.