Опять кажется, что я взлетаю, лечу куда-то в поисках наивысшей точки наслаждения, и ломаюсь вдребезги на тысячи осколков, когда меня вновь накрывает экстаз.
Мои стоны и всхлипы Игнат слизывает, сцеловывает, силы меня покидают, и я упираюсь лбом в плечо мужчины, который возвращает мое белье на место.
Когда понимаю, что Игнат не намерен продолжать, я заглядываю в его глаза, не осмеливаюсь задать своего вопроса, но Юсупов слишком наблюдательный. С ним ничего озвучивать не нужно.
—Ты не…
— Тосс. - кладет палец на мои губы, не дает договорить.
— Я хочу. Даже слишком сильно. Но. Будет правильным, если ты выйдешь замуж девственницей. Раз уж столько хранила себя, пусть все будет по правилам.
Резко слезаю. Отшатываюсь. Юсупов меня выпускает из своих рук. Видно, не ожидал такой резвости или же не захотел удержать. Не нужна! Не знаю, что именно сейчас чувствую.
Не соображаю. Просто бежать хочу."
"Это и делаю. Резко разворачиваюсь на каблуках и лечу вон из кухни, к лестницам. Хочу бежать в свою спальню и закрыться на все замки, а затем разрыдаться, потому что.
.. такое ощущение, что меня отвергли, пренебрегли, не захотели связываться.
И это больно.
Не думала, что за такой короткий срок совершенно посторонний навязанный мужчина вдруг окажется настолько близко ко мне, что сможет нанести удар.
ЕГО отказ от близости я воспринимаю чем-то сродни подобному. Слезы застилают взор, я лечу вверх по лестницам, но стоит оказаться на этаже, как меня резко сносит вбок и пригвождает к стене.
Реву и отбиваюсь, царапаюсь, как кошка
— Отпусти! Отпусти меня! Ненавижу! Отпусти!
Кричу и молочу кулачками, но Игнат лишь сильнее вжимает меня своим телом в стену, ловит мое зареванное лицо и заглядывает в глаза.
— Дурочка. Ты что надумать успела?!
Спрашивает зло.
— Ты хоть понимаешь, чего мне стоило остановить себя и не раскатать тебя по столу в ту же секунду?!
Замираю от его слов, от того, каким литым и напряженным кажется его тело под моими пальцами, от того, что ощущаю, насколько огромен бугор в его брюках.
— Я. — всхлипываю.
— Да, ты, мать твою! Все, к черту благородство!
Рычит практически и накрывает мои губы. Целует так, как еще ни разу не целовал, сминает мои губы до боли, врывается резко языком, дыхания лишает, показывая, какой может быть страсть взрослого и опытного мужчины
Резким движением берет меня на руки и несет вперед по коридору, а я понимаю, что кажется, получу сейчас то самое, чего так хотела на кухне.
Обнимаю за крепкую шею Игната и отключаю мысли.
