Жена поневоле, или Все хотят Люси

Золотистая пыльца покрывала ткань как прибитая, и в то же время лежала сверкающей россыпью, словно над платьем только что пролетела стая фей-крошек.

– Конечно. Оно же ваше.

Заметив, что Алена осматривается в поисках ширмы, уже приготовился перенести требуемый предмет в комнату, служившую мне запасным кабинетом. Но Алена меня удивила, она перекинула платье через руку, протиснулась мимо меня и скрылась в ванной.

Зефирка желает переодеться самостоятельно? Вряд ли у нее это получится, учитывая количество застежек на спине.

Я вышагивал по комнате, прислушиваясь к шороху ткани и невнятному бормотанию, доносящемуся из-за двери.

Вот сейчас Алена меня позовет. Сама она не справится. Стоит в сползающем с плеч платье, мучается и думает, что с ним делать, а на спине более двадцати расстегнутых крючков. Точно наяву я увидел треугольник нежной кожи, слегка выступающие лопатки и манящие ямочки на пояснице.

Когда же я застегну все крючки, то лиф соблазнительно приподнимет девичью грудь, а крошечные рукава так и останутся приспущенными с плеч, подчеркивая сливочную бледность кожи и изящную шею.

Да, Фортуна любит наряды на грани приличий. И в таком виде Алену завтра увидят сотни пар глаз. Плащ! Ей нужен плащ-палатка… Тьфу ты, плащ-накидка. В крайнем случае, сгодится костюм бобра.

Идея выдать Зефирке платье матери уже не казалась мне такой удачной. Следовало срочно обратиться к швеям, чтобы те подобрали что-то более традиционное. Желательно по моде демонов, из тяжелой бархатной ткани, с длинным шлейфом, стоячим воротником и рядом мелких пуговиц до самой шеи.

Я обернулся на звук приоткрывшейся двери и замер в безмолвном восхищении.

Алена была великолепна. Швеи сработали безупречно и смогли сшить платье, ставшее достойной оправой для моей жемчужины.

– На этом платье столько застежек. Пришлось позвать домовых. Они такие милые. Представляете, явились по первому зову!

Отчего же, очень даже представляю.

Алена выглядела такой счастливой. То ли платье настолько понравилось, то ли обрадовалась, что домовые её услышали. Главное, что моя Зефирка была счастлива. Пепин и Гвини робко выглядывали из-за ее юбки – чувствовали, что медаль им за исполнительность не перепадёт.

– Благодарю за помощь. Свободны.

Дважды повторять не пришлось.