Жена поневоле, или Все хотят Люси

Теперь я чувствовала, как под ладонями билось его сердце, вдыхала такой знакомый запах лаванды. Отчего-то уютная теплота объятий стала последней каплей. От диссонанса ощущений и мыслей сердце рвалось на части. Я уже не знала, во что верить, чего ждать. Я уже ничего не понимала.

– Вы… Вы надо мной посмеялись… – Гневная тирада всё-таки скатилась на тихий всхлип.

– Алена, полагаете, мне смешно? – низким обволакивающим голосом произнес Артас.

Я крепко зажмурилась. Мне нельзя было смотреть в лицо Артаса, то, что я прочла в его взгляде, отличалось от мозаики, которую я уже сложила в своей голове.

– Уже завтра команда Клевера выйдет на арену. В Атарлоне начнутся состязания, за организацию которых я отвечаю и перед смертными, и перед богами. Но вместо того чтобы продумывать тактику первого боя или же выполнять свои прямые обязанности лорда-протектора, я пытаюсь придумать причину, чтобы отстранить вас от участия в турнире…

Внутри что-то оборвалось. Вот только что я нежилась в уютном коконе, сотканном из ласки и теплоты, как вдруг словно окатило с ног до головы ледяной волной.

– Артас, вы хотите от меня избавиться?

– Нет, глупая. Всего лишь схожу с ума от тревоги. Не прощу себе, если с вами что-то случится. Даже думать об этом не хочу, но и в то же время сосредоточиться на чем-то другом не получается. Постоянно тянет перепроверить вашу защиту, усилить, просчитать или поступить проще и запретить вам участвовать в этом турнирном безумии. Наплевать на правила и регламент. Проклятье! Даже не верится, что я все это говорю.

– Так, значит, я вам дорога?

– Вы в этом ещё и сомневаетесь, сумасшедшая вы девочка. Моя девочка. – Голос Артаса был низким, глубоким, практически гортанным. – Такая сладкая, непредсказуемая, кажется, моя жизнь уже не будет прежней.

– Ещё бы… такой талисман уникальный.

– И хвост у вас просто замечательный.

Я невольно обернулась через плечо, и тут же получила легкий шлепок чуть ниже спины.

– Нет, здесь пока не вырос, – убийственно серьезно объявил Артас.

Обиженная часть меня требовала, чтобы я не сдавалась. В конце концов, именно я была пострадавшей стороной. Но внутренний голос упорно нашептывал, что завтра убийственно важный день и если он не задастся, то кого-то с арены вынесут вперед ногами. В лазарет, конечно, но тоже так себе удовольствие.

– Хорошо. Слушаю. – Я подняла взгляд на Артаса. – Речь пойдет о завтрашнем поединке?

– О нем.