Жена поневоле, или Все хотят Люси

Темных домовых уже тошнило от розового, а призраки отказывались присматривать за зефирными апартаментами, мотивируя тем, что здесь нездоровая атмосфера. Сразу мысли о перерождении, втором шансе и прочей ерунде, никак не связанной со счастливым посмертием, посещали. Так что призракам я сюда залетать запретил. Лучше сам буду заглядывать. Лишиться хотя бы одной идеально вышколенной призрачной единицы перед началом турнира – так себе перспектива.

Проклятье! Да сколько можно уже тискать эту бобриху?! Она же неживая.

И разговаривать с ней не нужно. А может, это побочный эффект нейтрализованного внушения? Если бы не знал точно, что Люсинда меня не видела, счел бы, что она намеренно сводила меня с ума, изображая из себя идиотку. И это когда бывший тренер считал её разумной, оптимистичной, стрессоустойчивой девушкой, готовой на все ради победы родной команды. Сам слышал, как он говорил, что котелок у Люськи что надо, мозги работают как часы, только кукушка иногда выскакивает.

– Лорд Артас, там вас требуют… – Из стены выступила полупрозрачная физиономия, скривилась, как от зубной боли, и тут же спряталась.

 – Это срочно… – плаксивое завывание раздалось уже из-за стены.

– Уволю на хрен! – спохватившись, понизил голос. – Сами разберитесь. Вы же боевые призраки.

– Не-е-ет, лорд Артас. Мы с недавних пор убежденные пацифисты. Только наблюдаем и присматриваем. Нам ещё пожить охота… – Минутная пауза. – Команда Дивного дола вот-вот взломает замок склада.

– В оружейную хотя бы ломятся?

– Нет.

За эликсирами. Халявщики.

– Ошибаешься. Халявщики все получают задарма, а эти отработают, – пообещал я и открыл портал.

Я трясущимися руками вернула бобровую шкуру на вешалку, а потом ещё раз крепко прижала голову Люськи к груди. Если бы не она, давно бы икать начала. А так, вдвоем, уже не так страшно, когда за тобой наблюдают, ещё и зло бормочут себе под нос.

Лорд Артас был мною недоволен. Я это поняла, ещё когда в прошлый раз в него кроссовком запустила.

То, что это был лорд-тренер, я осознала, когда он стал не таким невидимым. Это он раньше походил на бред разыгравшегося воображения, а теперь я различала контур мужского тела, ещё и голос слышала.

Стоял, бормотал, колдовал. Наверное, опять какое-нибудь проклятие изгонял или чакры чистил, мне бы хоть капельку благодарности выдать, что-то доброе и светлое пожелать, а почему-то не выходило. Уж больно взгляд у лорда-тренера тяжелый.