Жена поневоле, или Все хотят Люси

Шепотом, потому что было стыдно, но мужчина меня услышал. Сначала он снова удивленно вскинул бровь, а потом на его лице медленно проступила улыбка.

– Вы восхитительное создание, Алёна Смирнова, и вы… моя невеста.

Пол обязательно раскрыл бы мне свои каменные объятия, если бы меня не подхватили на руки. На краю сознания мелькнула мысль, что проделали это с нечеловеческой быстротой, а потом все связные мысли улетучились, потому что я взглянула в лицо своего спасителя.

Тяжелый, пристальный взгляд скользил по коже.

– Вы мой жених? – еле слышно вопросила я.

Кем бы ни был мой спутник, он не соврал, когда утверждал, что мне скоро полегчает.

Сейчас, когда я находилась в его объятиях, мне прямо-таки с каждой секундой становилось лучше. В какой-то момент тело полностью расслабилось. Я прижалась щекой к твердому мужскому плечу и тихонько вздохнула.

– Н-да… Неслабо вас откатом приложило. Люсинда… – Выжидательный взгляд. – М-м-м… Люсинда, а вы осознаете, где мы сейчас находимся?

Я осмотрелась уже внимательнее: зал, колонны, чашеобразный алтарь посредине.

– Какой-то золотой мальчик снял для вечеринки музей?

– Нет, Люсинда, это не музей, а храм.

– А-а-а… Понятно, – пробормотала я, чтобы не выглядеть полной идиоткой.

– И мы здесь собирались произнести брачную клятву.

– Одни? Без зрителей? – я закрутила головой в надежде рассмотреть остальных гостей вечеринки.

– Одни. Брачное таинство не требует свидетелей. Двое предстают перед богами и объявляют о своем желании связать свои жизни.

Хотела сострить на тему богов и не смогла. Что-то словно остановило и дало понять, что с такими вещами не шутят. Странное чувство…

– Боюсь, я не смогу выйти за вас замуж. Я вас не знаю. Я…

– Лорд Артас Талион. – Меня мягко опустили на пол, тут только я обнаружила, что алтарь, маячивший в центре зала, теперь находится на расстоянии вытянутой руки.

Нет, я чувствовала, что наш разговор медленно, но верно двигался к поцелую, но когда горячие, чувственные губы накрыли мои, то ощутила, как проваливаюсь в водоворот. И это падение было восхитительно приятным, упоительно-медленным и волшебным. Когда же жених взял меня за руку, переплел свои пальцы с моими и опустил в чашу, меня накрыло предчувствием чего-то чудесного.