Жена поневоле

Я знаю, что он занимается криминалом, и никак не могу отделаться от этих мыслей.

И мне до самого последнего момента не верится, что я займу место рядом с этим мужчиной. Багратов несколько дней провёл в летнем домике, решая важные вопросы по телефону. Пересекались мы только во время совместных завтраков и обедов. Ужинал Багратов чаще всего за пределами дома. Другим местом нашего пересечения была… спальня.

Хозяин дома вознамерился спать со мной. И он это делал. Только спал. Разумеется, это не спасало от возможности быть погребённой под его татуированными до самых плеч руками.

Во всём остальном наше совместное проживание можно было назвать мирным, что ли? Или нам просто не было времени до друг друга.

У него бизнес — белая и чёрная бухгалтерия.

У меня — прямые обязанности стать лучшей женой, какую только можно найти.

На протяжении всех выходных рядом активно крутились визажисты, стилисты и парикмахер. Они шуршали упаковками от брендовых вещей, раскладывали палитры тональных кремов, повергая меня в шок.

Ведь я и не подозревала о существовании стольких оттенков и не задумывалась о разнице в подложке под основу.

От говорливого стилиста я узнала, что у меня холодный цветотип. Визажист поведал, что у меня изумительно тонкие черты лица, с которыми приятно и легко работать, словно с чистым холстом.

Я позволила им вылепить из меня светскую красотку. Настолько, насколько это возможно за сжатые сроки.

Теперь Инга проверяет, выучила ли я нашу с Багратовым легенду. Мне кажется, что ей приятно со мной работать.

Я не дикарь и меня не нужно обучать танцам, этикету или владению многочисленными столовыми приборами. Я хорошо разбираюсь в книгах, музыке и живописи. Могу часами болтать обо всём и ни о чём, увлекая пустой, светской беседой.

Знаний в моей голове невероятно много, а всё остальное — якобы безобидные, но ядовитые сплетни, поведение на раутах для избранных знакомы мне ещё с детства. Я большую половину жизни провела, наблюдая за жизнью богемных родителей и их разбитными тусовками, видела обратную жизнь театральных подмостков и не понаслышке знаю о закулисных интригах.

У меня создаётся впечатление, что всю мою прошлую жизнь я только и делала, что готовилась к этому блистательному моменту выхода в свет. Под обжигающе пристальные объективы фотокамер, рука об руку с привлекательным, горячим мужчиной.

Я самую малость не верю в происходящее, поэтому воспринимаю всё невероятно легко.

— Это очень важный вечер для Дамира Тамерлановича, — повторяет Инга.