Жена поневоле

По крайней мере, в фильмах их изображали именно такими — с непременными атрибутами власти, видимых и понятных каждому.

— Нет.

— Я хотела бы забрать некоторые вещи, памятные мне. Я могу это сделать?

— Хорошо. Можешь забрать особо дорогие, памятные для тебя вещицы.

Почему-то я уверена, что люди Багратова перетрясли всё и обыскали каждый уголок квартиры. Но только спустя два дня, стоя на пороге квартиры, ведущей в прежнюю жизнь, я понимаю, что даже мои самые смелые предположения оказались неверными.



Глава 16

Люди Багратова не только перевернули всё вверх дном.

Они располосовали все холсты и мольберты. Половые доски сорваны все до единой. Обои порезаны и свисают со стен, как лоскуты кожи, отстающей от тела. Повсюду царит бардак и разгром.

Переступаю через щепки и обломки, не понимаю, почему Багратов разрешил мне вернуться. Но спустя секунду до меня доходит, что это своего рода послание — Дамир показывает, как легко может уничтожить мою жизнь. По щелчку, не оставив от неё и крошечного следа.

Я рассматриваю то немногое, что уцелело, и отбираю семейный фотоальбом и парочку альбомов с набросками Эда.

Не могу расстаться с рисунками брата. Он подлец и вёл двойную жизнь, но я помню о брате и хорошее. Его увлечение рисованием — лучшее, что было в нём. Лучшее и понятное мне, потому что Эд привил мне любовь к живописи."

"Выходя с этими вещами из квартиры, я внезапно понимаю, что моего здесь не было вообще. Как будто я и не жила для себя, а жила по сценарию, написанным кем-то другим.

Оглядываюсь, разглядывая окна квартиры.

Стёкла выбиты взрывом.

— Эрика, время, — негромким голосом поторапливает меня Циклоп и оглядывается по сторонам. Сегодня он выглядит намного более собранными и по-настоящему опасается того, что на меня будет совершено очередное покушение. Его пиджак топорщится в двух местах. Очевидно, сегодня он вооружен и опасен.

— Что-то забыла?

— Нет, — качаю головой. — Я взяла всё, что хотела.

— Тогда поехали. Карета подана.

Я покорно ныряю на кожаное сидение массивного внедорожника.

За рулём сидит другой водитель. Не тот, что привёз меня и Циклопа сюда. Приглядевшись, понимаю, что это Шорох.

— Не ожидала тебя здесь увидеть. Говорили, что ты будешь отлёживаться, как минимум полгода, молчун.

— И вам не хворать, — мужчина плотно смыкает челюсти.

— Погнали, — командует Циклоп, хлопнув дверью. — Узнал Эрику?

Шорох молча кивает. Автомобиль трогается с места. Я не вмешиваюсь в работу людей Багратова и решаю прекратить с ними короткий разговор.