Жена поневоле

Но водитель не снижает скорость. Напротив, он поддаёт газу. Автомобиль делает резкий рывок вперёд. Я снова бьюсь затылком о стенку багажника, прикусывая губы до крови. Стону от боли и проклинаю собственную доверчивость.

Давно пора повзрослеть и раскрыть глаза на правду. Эд ввязался в тёмные, криминальные дела. Денежные и опасные настолько, что за них легко могут убить. Именно так я попала в лапы Багратова. А потом… Мадина решила убрать меня. Сама или обратилась за помощью к кому-то ещё?

Не знаю. Я остро сожалею о том, что поддалась минутной слабости и согласилась на побег.

Жёсткое осознание реальности происходящего накрывает меня с головой. Меня топит волной апатии. Я хочу верить, что меня здесь нет, что я просто смотрю фильм или мечусь в кошмарном сне. Я отчаянно желаю верить, что всё это происходит не со мной.

Ход машины становится опасным и неровным. Зад автомобиля кидает из стороны в сторону.

Слышатся плевки выстрелов. Они начинают частить, щедро поливая градом пуль автомобиль, в котором меня везут.

Резкая остановка. Меня подкидывает вверх и больно прикладывает о крышку багажника. Я рефлекторно накрываю голову руками и сжимаюсь в комок ещё больше. Раздаются хлопки дверей. Матерная ругань. Секундное затишье взрывается грохотом выстрелов. Пальба ведётся с двух сторон.

Перестрелка свирепая и яростная. Обе стороны едва не захлёбываются в ливне выстрелов. У меня гремит в голове. Я повторяю, как мантру, что это кончится. Рано или поздно. Я желаю этого и боюсь. Боюсь, что одержит верх не Багратов.

Я чувствую, что это он бросился по моим следам, и начинаю просить у высших сил за него.

Резко возникшая тишина кажется оглушающей. Я недоверчиво прислушиваюсь к ней, не веря, что всё кончилось. Минуты ожидания кажутся мне бесконечными. Я замираю, пугаясь даже звука своего дыхания. Но еще сильнее пугаюсь того, что не слышно разговоров. Нет ни одной подсказки, кто выиграл в этой схватке.

Внезапно тишина прерывается звуком решительных шагов. Они замирают у багажника автомобиля.

Крик вырывается из моих лёгких и застывает на стыке губ, когда я вижу в свете огней автомобиля Багратова. Я жмурюсь. Даже рассеянный свет фар кажется мне сейчас ослепляющим и режущим по зрению.

— Добегалась? — зло спрашивает Багратов.

Потом он резко опускает руку. Багажник захлопывается с адским грохотом.

— Шеф? — слышится приглушённый голос Циклопа.

Я начинаю стучать кулаками по крышке, умоляя выпустить меня.

— В клуб её. Живо.

Игры кончились.