Ты не сможешь врать в течение суток, — ухмыльнулась я. — Теперь я спокойна, а ты признаешься во всём коменданту.
— Я бы сам… — нахмурился он, съёжившись под моим пристальным взглядом.
— Конечно, сам, — вздохнула я, понимая, что сделала правильно. — Не советую болтать обо мне, иначе тебя посчитают сумасшедшим. Ты ведь не хочешь загреметь в богадельню?
— Я же не смогу врать, — поник мужчина ещё больше.
— Вряд ли тебя будут расспрашивать обо мне сегодня. Твоё дело признаться в махинациях и снять все обвинения с Константина.
— А как же Лиззи? У нас скоро родится сын, — тяжело вздохнул он, вспомнив о жене.
— Не переживай. Лиза и малыш не останутся одни. Обещаю присмотреть за ними, — спокойно заверила я его. — Тебе предстоит сложный путь покаяния и расплаты, Андрей. Но я надеюсь, что ты пройдёшь его достойно и вернёшься в семью. Ведь Лиза любит тебя.
— Какой же я дурак! — застонал мужчина, обхватив голову руками.
Ничего, угрызения совести ему точно пойдут на пользу.
Когда карета остановилась возле штаба крепости, Андрей уже перестал истерить.
Он спокойно покинул карету и решительно пошёл к коменданту. Я же осталась в экипаже. Не уеду, пока не заберу мужа отсюда, так и сказала дозорному.
После двух мучительных часов ожидания я увидела Константина, шагающего по плацу. Он шёл со стороны острога — небритый, осунувшийся, в помятой форме. Не выдержав, я выскочила из кареты, как чёрт из табакерки, и кинулась ему навстречу.
— Софушка, — любимый голос ласкал меня, а сильные руки прижимали к широкой груди.
— Я так скучал… Ты чего?
По моим щекам текли горячие слёзы радости. Никогда я не была так счастлива, как сейчас.
— Не плачь, всё же обошлось, — шептал муж, нежно гладя меня по спине. — Ты оказалась права. Собственный брат подставил меня. Удивительно, что он пришёл с повинной.
— Я люблю тебя, — только и смогла выговорить, уткнувшись носом в его китель, который пропах тюрьмой.
— И я люблю тебя, лебёдушка моя, — его пальцы обхватили мой подбородок, приподнимая голову. Я смотрела в голубые глаза мужа и тонула в них.
Нежный поцелуй коснулся моих губ, сметая все мои тревоги прочь. Рядом с Костей мне ничего не страшно. И я обязательно расскажу ему всё про себя, как только мы окажемся наедине. Я не смогу утаить от мужа самое главное: кто я есть на самом деле и как попала сюда.
Глава 48. Признания
В Дивное в тот день мы не поехали. Косте велели оставаться в городе на время расследования, хотя дали ему неделю отдыха после заключения.
