Воспитывалась матерью, которая после гибели мужа, бывшего правителя эльфов, удалилась от общественной жизни и предалась скорби. Ее нежелание общаться с окружающим миром было настолько велико, что она даже не пожелала сопровождать дочь на свадьбу, когда за той приехали, чтобы отвезти к жениху.
О жизни, интересах и увлечениях юной принцессы Ранимиэль ничего не смогла мне рассказать. Ей было лишь известно, что договор о браке Ленариэль и главы второго дома, Тайронира орт Амарлока был заключен двадцать лет назад еще отцом девушки.
Все это время жених дожидался совершеннолетия невесты, а оно у эльфов наступает в пятьдесят лет.
И вот, месяц назад, Тайронир, который уже после смерти главы первого эльфийского дома принял титул Повелителя эльфов, отправил в поместье, где жила Ленариэль с матерью, делегацию во главе со своим доверенным советником, Вериселем орт Дартеном. Тот привез невесту повелителя, как ему и было велено, и началась подготовка к свадьбе, точнее эльфийскому ритуалу единения.
Примерно в то же время в столице начались народные волнения. Оппозиционно настроенные младшие дома, что были недовольны правлением Тайронира, стали распускать различные слухи. В первую очередь о том, что нужно восстановить прежнюю династию, то есть сделать Ленариэль повелительницей эльфов, а в мужья ей выбрать консорта, который будет иметь лишь номинальную власть.
Кандидатуры назывались самые разные, от совершенно юных, не достигших и возраста ста лет представителей младших домов, до главы эльфийского магического совета Ллиарериэля ди Ранимира, возраст которого доподлинно не знал никто из живущих.
Всю эту информацию пришлось вытягивать из Ранимиэль чуть ли не клещами, потому как подобными разговорами можно было, как минимум, привлечь пристальное внимание тайной службы нынешнего повелителя, а то и угодить к ним на допрос.
Сам Тайронир орт Амарлок был заинтересован в том, чтобы как можно скорее провести с Ленариэль этот самый обряд единения, и сделать все для того, чтобы она родила ему наследника.
Вот тут-то и начиналось самое интересное. Ранимиэль призналась, что невеста всячески пыталась отложить свадьбу, придумывая для этого разные, подчас нелепые предлоги.
