– Единый видит, как я желаю исполнить ваш приказ верно, сир! – все еще не решаясь, попробовал Андре потянуть время.
– Клянись. – От монаха потянулись ментальные щупальца, надавили, пригибая Андре к полу, выжимая из него нужные слова.
– Клянусь именем, данным мне при рождении, именем рода своего, – медленно и торжественно начал Андре. В голове было пусто, сердце билось как сумасшедшее. Если бы он верил – то сейчас молился бы. – Я, светлейший князь Андрей Волков…
Он запнулся, ожидая еще большего давления… но щупальца вдруг исчезли, а через мгновение за стеной раздался вопль, за ним – еще, и еще, и что-то с грохотом обрушилось.
А Пресветлый, притворяющийся монахом, сорвался с места и побежал к двери, доставая что-то из рукава.
«Надеюсь, ты справишься, Шарлемань».
«Повеселимся!» – донеслось слабое.
С уходом Пресветлого в комнате повисла тишина. Ненадолго, всего на мгновение. Принц Себастьен вздрогнул, устало потер глаза и с легким недоумением глянул на Андре.
– Встаньте, Вульф. Единый принял вашу клятву, – словно не совсем понимая смысл собственных речей, продолжил принц.
– Итак, ты поклялся…
– Очистить ваш путь, сир, – тщательно скрывая облегчение, соврал Андре.
– Да, да… друг мой… У нас всего месяц, помни, всего месяц… Ступай скорее, скажи Морису… нет, не говори, я сам скажу… бедный брат мой… он опять проиграл битву, но я помогу ему… Иди туда, – принц махнул рукой на ростовой портрет Франциска Молниеносного.
– Благодарю, сир. – Андре попятился.
Но Себастьен уже потерял к нему всякий интерес, отвернулся и что-то переставлял на карте.
Андре показалось, что он играет в солдатиков.
Светлые Небеса, похоже, принц Себастьен сходит с ума. Неужели император этого не видит? Ни император, ни Морис, никто! Но как такое может быть?..
Толкнув раму, Андре шагнул в пыльный ход, где его ждал давешний монах. Он опасливо подступил к Андре с лентой, но стоило на него шикнуть, как спрятал ее в рукав и сипло попросил:
– Не трогайте меня, сэр. Я лишь исполняю его волю.
– Двигайся, – буркнул Андре и мысленно позвал Шарлеманя.
Тот откликнулся тут же, довольный, будто сорвал банк.
«Отличная интрига! Ты чуешь этот запах, друг мой Андре?»
«Чую. Пахнет мышами и виселицей».
Призрак раскатисто рассмеялся и похлопал Андре по плечу.
«Из тебя выйдет толк! Ты заметил, насколько Себастьен не в себе? Пресветлый перестарался, еще немного, и его марионетка сломается».
«Немного – это сколько? Мы с тобой влипли по самые уши».
