– Мессир сотворил артефакт, гарантировавший ему безопасность, и пока артефакт был при нем, никто бы не смог… Короче говоря, артефакт Мортале пропал, а сам он глупейшим образом погиб. Храм избавился от оставшихся во Франкии некромантов и принялся давить темных. Сначала исподволь, а в последнее время открыто требует у императора поставить темных вне закона. Сама понимаешь, я не мог этого допустить.
– Только во Франкии? В смысле некроманты вне закона – только во Франкии?
– Франкия и еще несколько ее сателлитов, остальные пока держатся.
С трудом. Самое плохое, Матильда, то, что люди не привыкли думать головой, и глупейшие идеи фанатиков распространяются по всему миру. Фанатики есть не только у нас, их влияние невероятно усилилось, и почти сотню лет назад из всех храмов убрали изображения Молчаливой Сестры, запретили ей молиться и вообще ее упоминать. А некромантов и темных начали отлучать от Храма, пугать нами простолюдинов, особенно в глухих провинциях… Тупое стадо! Верят страшным сказкам, а задуматься – нет, ни за что! Только представь: чернь свято уверена, что призраки, упыри и прочая нежить – это исключительно дело рук нечестивых злобных некросов!
Маньяк хмуро налил себе в бокал еще шампельенского и одним махов выпил.
А Тиль поймала себя на том, что сейчас она – всецело на стороне Маньяка. Фанатики никогда, никому не приносили добра. Как и революции.
– Да, Тиль. Я вижу, даже ты сомневаешься. Тебя в детстве наверняка тоже пугали страшными гулями, которые воруют детишек для ужасных ведьм. Всех пугали.
Так вот, Тиль. Ни один некромант, никогда, ни при каких условиях, не сотворит упыря, гуля и прочую агрессивную дрянь. Не сможет, понимаешь? Некромант может поднять труп на некоторое время, допросить его, заставить что-то сделать – очень немногое, на самом-то деле. Может сам стать призраком, умертвием или личем, сделать умертвием кого-то другого. Много чего может, если достаточно силен. Но прежде всего некроманты – это те, кто упокаивает стихийную нежить… ты разберешься, и довольно скоро.
Ты уже должна была кое-что понять насчет сути своей магии… Ну, скажи мне, ты хочешь пить кровь младенцев и насылать мор на деревни? Или ты воешь по ночам и подкарауливаешь пьяных, чтобы украсть их души?
– Чушь какая! – возмутилась Тиль.
– А по словам святош, каждый некромант испытывает непреодолимое желание творить зло.
– Это не зло, это идиотизм или психоз.
– Именно, именно! Но попробуй, объясни это неграмотным смердам. Да и шевалье, имеющим бараньи мозги, тоже.
