Если Товиль сможет выбить для нее компенсацию, то… Ох, думать об этом было страшно, чтобы потом не разочароваться. Хотя за последние дни Матильда изучила контингент посетителей и поняла, как ей повезло, что Фифи испугалась и продала ее контракт. Заведение мадам Жозефины не обслуживало солдатню, только офицеров и богатых горожан. Ее девочки умели петь, танцевать и даже немного знали этикет, по крайней мере, не путали вашу светлость и вашу честь.
Интересно, а ходят ли к Жозефине банкиры? Вот с кем бы Матильда пообщалась.
Не в постели! Если денег от Товиля не хватит для вклада в бизнес, то наверняка можно договориться о кредите. Лишь бы здесь были не такие грабительские проценты, как в просвещенной Европе восемнадцатого века.
Внезапно коляска остановилась, снаружи послышался гомон толпы и гневные выкрики.
– Что такое? – спросила Матильда, выглядывая в окошко.
– Казнь, мадемуазель, – ответил кучер. – Ведьму жгут.
– Жгут? – переспросила Матильда. Как жгут, у них же работает ведьма, и вполне легально? Что за мракобесие!
Тут раздался пронзительный нечеловеческий вопль, толпа заволновалась, и потянуло гарью.
Боже! Они ее заживо жгут? Ужас какой!
– Как велит Светлая Церковь. Некроманты – злокозненные порождения Тьмы! Вот пусть и отправляются во Тьму Безначальную!
– Трогай, поехали отсюда!
– Так казнь же, неужто мадемуазель не желает посмотреть?
– Не желает. Отвратительное зрелище!
– Как знаете. Но, пошла!
– А скажи-ка мне, любезный, – Матильда попыталась хоть чем-то заглушить вопли несчастной ведьмы.
– Что за некроманты такие? И что, все ведьмы – некромантки?
– Скажете тоже, мадемуазель! Только те, что без патента и без покровителя. Вот ежели поймают такую, непременно сожгут! – Кучер благочестиво осенил себя кругом. – Может она, конечно, и не совсем некромантка, но заступиться-то некому. А некромантки, говорят, богатые все. Они ж с покойниками разговаривают! Клады небось ведают! Вот повезло тому, кто на нее донес инквизиции…
– А что за интерес доносчику?
– Так ведьму забрали, а доносчику – премия.
И в дом можно забраться, он же становится ничей.
– Как ничей? Родственники же. Дети. Муж, наконец.
– Кто ж некромантку замуж возьмет? Одинокие они. И дети у них от демонов! Их жрецы забирают на перевоспитание.
Мракобесие! Магия по патентам – и ведьмы на костре, боже, что это за ужасный мир?!
– Да вы не переживайте так, мадемуазель. Не бывает у некроманток детей-то. Они младенцев воруют и режут на свои нечестивые зелья.
