Жена самурая

А в этом деле как раз мелочи и сыграют, я это чувствую. Мелочи – ерунда всякая на первый взгляд – вот как пропавшие у домработницы ключи. Поэтому давайте так сделаем. Я займусь ключами, а вы ведь явно на свидание поедете – думаю, что Ефим Иосифович поможет, так уж попытайтесь у Акелы там узнать, с кем он мог так конкретно пересечься, ладно?

Я вздохнула. Даже если папа при содействии дяди Мони устроит свидание с мужем, то Сашка уж точно постарается не сказать мне ни слова и не дать ни малейшего повода для того, чтобы я полезла в это дело.

Два года он пытался отучить меня от всех привычек, от мотоцикла и стрельбы, от любви знать все обо всех и не гнушаться любыми методами добывания информации. И вряд ли ему понравится мой интерес к его прошлому. В свое время Акела рассказал мне ровно столько, сколько счел нужным – и не более, и я не задавала вопросов, считая, что так правильно. А теперь я просто вынуждена задавать эти вопросы – потому что только так смогу помочь ему не сесть в тюрьму. Он, конечно, рад не будет, но у меня нет выхода.

Мы разъехались по своим делам, а уже вечером Савва позвонил и сказал мне, что Галя под страшным секретом поведала ему историю о том, как пару месяцев назад у нее из сумки в супермаркете исчезла злосчастная связка ключей. Она подумала в тот момент, что ошиблась, а чуть подтолкнувший ее у кассы мужчина в коричневой дубленке просто торопился выйти, так как никаких покупок в его руках не было.

Но когда через несколько дней Галя не обнаружила ключей в привычном месте, ей стало не по себе. Говорить об этом мне или Акеле она побоялась – надеялась, что найдет, но так и не нашла, и только Савве теперь призналась, что грешит именно на того мужчину в коричневой дубленке.

– Хороший поисковый признак, – протянула я, закуривая сигарету. – И что делать? Коричневых дубленок в городе столько, что я даже примерно боюсь количество представить.

– Придумаем что-нибудь, – отозвался Савва, хотя уверенности в его голосе как-то поубавилось.

– Ну, буду теперь трясти Акелу – вдруг он что-то вспомнит, – со вздохом откликнулась я и попрощалась."

"Спать совершенно не хотелось, я чувствовала какое-то непонятное возбуждение и необходимость двигаться, а потому вдруг взялась за швабру и решила освежить полы в квартире.