Жена самурая (СИ)

Их возвращение не принесет никому счастья, ведь своими поступками они уже обрекли себя на смерть.

Наоми всхлипнула, когда посмотрела на малышку, которую тщетно пыталась успокоить. Девочка вырастет и не узнает отца и матери. Она, сама того не зная, уже стала сиротой. Неотвратимость — молоточками стучало в голове у Наоми — неизбежность.

Спустя время Наоми удалось увести Акико-сан в спальню. Она дала ей сонного отвара, рассудив, что долгий и спокойный сон поможет ей набраться сил и встретить новый день, который не принесет облегчения.

У дальнего пруда, за которым никто не ухаживал последние несколько лет, она остановилась и потянула оби, стремясь немного ослабить кимоно.

— Как так можно, — шепнула Наоми, опустившись прямо в траву. — Как так можно?..

И никакое множество прочитанных трактатов Минамото, никакие знания о бусидо и жизни самураев не могли помочь ей постичь эту огромную, чудовищную несправедливость.

— Что бы ты сказал, Такеши? — она приобрела привычку в минуты отчаяния вслух обращаться к мужу. — Что я — глупа и наивна? Что так ничему не научилась?

Она провела у пруда еще много времени: смотрела на неподвижную гладь воды, которую волновали лишь редкие опадавшие листья. Тени деревьев стали намного длиннее, когда Наоми решила, что пора возвращаться.

Она застала поместье в страшной суете и мгновенно устыдилась своего побега: она никого не предупредила, она ничего не сказала Масато-сану!

По-прежнему глупая, беспечная девчонка! Она никогда не научится.

Наоми решительно направилась к главному дому поместья, но Масато-сан встретил ее на половине пути. Ее сердце ускорило ритм, когда она увидела его осунувшееся лицо.

— Что?! — забывшись, она стиснула его руку, требовательно заглядывая в глаза. — Что-то с Такеши?..

Она увидела, как во взгляде мужчины что-то дрогнуло.

— Госпожа, вы не должны волноваться, — после минутного колебания заговорил Масато-сан.

Он не имел права решать и скрывать что-либо от своей госпожи, но нынче, видят Боги, он уберег бы ее от этой горести любой ценой. Он скрыл бы, сжег, пригрозил смертью за любое неосторожное слово, случись все по-другому. Попади то послание кому-либо из солдат, а не в руки служанки."

"Теперь же было бесполезно беречь госпожу и что-либо от нее утаивать. Новость разнеслась по всему поместью, и каждый теперь знал о случившемся. Раньше или позже, но узнает и Наоми-сан.