Жена самурая (СИ)

 — Спасибо тебе!

— Но характер все портит, — Ханами покачала головой.

К моменту, когда через главные ворота поместья проехала длинная колона всадников — отряды Минамото и Асакура, — Хоши уже стояла на крыльце и за расслабленной улыбкой пыталась безуспешно скрыть охватившие ее вдруг волнение и трепет.

Она чувствовала за своей спиной присутствие Ханами, и это ее успокаивало. По крайней мере, она была не одна. Как глупо! Ведь очень скоро она в одиночестве отправится в клан Асакура, так отчего она нервничает сейчас?

Когда Хоши увидела отца, то испытала огромное облегчение.

Она с жадным вниманием смотрела, как тот спешивался с коня — без былой легкости, но все еще мягко и плавно. Потом она перевела взгляд на младшего брата — тот уже соскочил на землю, пока его жеребца под узды придерживал один из самураев, и подошел к отцу. Они обменялись парой фраз, и Такеши усмехнулся, покачав головой.

Младший брат.

Хоши возненавидела его, как только увидела. Ведь ее мать заболела сразу после его рождения. Но отец быстро все пресек, рассказав ей, кто настоящий виновник случившегося с Наоми.

И что именно с ней случилось. После услышанного Хоши взглянула на брата совсем по-иному. Он стал для нее олицетворением силы и стойкости ее матери, ее борьбы и решимости. Она полюбила его так сильно, как не любила, наверное, даже отца. Ведь младший брат — часть ее матушки."

"Очнувшись от воспоминаний, Хоши, наконец, посмотрела на своего жениха, который, напрочь, все это время не отводил от нее восхищенного взгляда. Позади него она увидела незнакомого мужчину в сером кимоно с пятью камонами, в лице которого смутно угадывались характерные черты мужчин из клана Асакура.

Она напрягла память, вспоминая, были ли у отца ее жениха братья, и решила для себя, что тот должен быть одним из них.

Санэтомо-кун же так и замер на месте, неосознанно сжимая в руке поводья, и все смотрел и смотрел на Хоши. Она знала, что была красива, потому что унаследовала от родителей их лучшие черты. И надела сегодня фурисоде, которое носила еще ее мать — светлый шелк цвета нежно-розового рассвета, роскошная, насыщенная вышивка по подолу, длинные летящие крыльями рукава, струящаяся по ее телу ткань.

Пытаясь спрятать усмешку — потому что ее жених все еще не двигался — Хоши легкой, плавной походкой направилась им навстречу сама.

— Добро пожаловать домой, отец, Санэтомо-сан, Таро*-кун, — она остановилась в шаге от мужчин и поклонилась.

Такеши задержал на дочери дрогнувший взгляд и, приблизившись, поцеловал в лоб.