Жена воина, или Любовь на выживание

Тень от меня никуда не делась, искусственный свет ей не вредил. Пожилой тар-эн все так же возился со склянками, которые теперь действительно были стеклом.

Я отошла от окна, подключила обе системы жизнеобеспечения к сейру, чтобы контролировать все процессы, перепрограммировала и замкнула управление на собственном админ-допуске и только после этого ушла. Икас белоснежной тенью скользнул за мной, собственно, тень тоже скользила рядом. Молча. Пока молча. О том, что она начнет медленно сводить меня с ума, я уже догадывалась, а пока сущность искала ключи к моему разуму, и что-то подсказывало, что ей тоже будет достаточно всего двух процентов.

А значит, права на ошибку у меня нет, как и на слабость.

— Икас, кухня, — скомандовала я.

Шерстюсик мгновенно сменил направление, ведя в нужное место.

Сейчас, когда повсюду включалось мягкое голубое освещение, дом и вовсе стал сказочным, невесомым каким-то, причем белый цвет особенно ярко выделялся в таком спектре свечения. И я словно ступала не по белоснежному ковру, а по снегу, не хватало лишь характерного поскрипывания, чтобы иллюзия была полной.

Спустя шагов двадцать поняла вовсе неприятное — меня начинало морозить. Вот откуда и ассоциация со снегом. Остановилась, нагнувшись, прикоснулась к ногам — ледяные. А еще вся ночь впереди, и волей-неволей чувство нарастающего ужаса зарождалось где-то внутри, и вот уже тень, молча скользившая рядом, воспринимается не просто как проблема, а как отголосок ночного кошмара, который еще только-только начинается.

И этот кошмар мне откровенно ухмылялся.

— Считаешь, что это смешно? — зло спросила я.

«Ночь — мое время» — ответила тень.

И как я буду спать? Эта мысль неожиданно напугала.

Как?! А улыбка субстанции только ширилась, и чувство такое, что он ощущает мой страх. Ощущает и наслаждается им. Наверное, именно это и отрезвило — я прекратила паниковать и бояться. Остановилась, обстоятельно обо всем подумала — да, становиться изуродованной эйтной не хочется, это факт. Но есть еще один известный мне факт: одной из самых известных женщин-капитанов является Эк Данар, и вот она как раз уродлива до безобразия — ей после битвы при Гшарре пол-лица снесло, и чтобы капитан выжила, часть лица закрыли хитином, также вживили глаз угрейца.

Там сейчас не лицо — там пугающая рожа, но эта рожа известна на весь освоенный космос, личный состав на капитана Данар молится, пираты боятся до дрожи, и не то что враги — начальство уважает, вплоть до преклонения.