— Тогда читала, а сейчас уже нет? — тихо спросил он, возвышаясь надо мной и не делая попытки коснуться.
— Что? — прошептала я, быстро заморгав.
— Ты сказала, что читала много книг о любви. Почему сейчас не читаешь?
Мне понадобилось три секунды, чтобы осмыслить, и еще две, чтобы сформулировать ответ.
— А зачем теперь книги, когда есть ты?
Собственно, все, больше ничего говорить не пришлось.
Слова прозвучали как взрыв.
Мы одновременно дернулись друг к другу. Шагом это назвать нельзя — слишком близко стояли. Просто дернулись, разом уничтожая то крохотное расстояние.
Жадный поцелуй, моментально выбивший воздух из легких.
Одна ладонь властно легла на затылок, вторая — на талию. Он словно взял меня в сладкий плен, из которого совершенно не хотелось вырываться.
Судорожно вздохнув, я провела ладошкой по груди, с каким-то детским восторгом ощущая, как бешено застучало сердце под моей рукой.
С тихим стоном выгнувшись в его руках, я чуть отстранилась, подставляя обнаженную кожу для поцелуев, цепляясь за сильные плечи.
Мейнор тут же покрыл поцелуями мою шею. От чувствительного места за ушком до края воротника теплого платья.
Но и это его не остановило.
Демон дернул ткань в разные стороны. Она жалобно заскрипела, но выдержала, в отличие от крохотных пуговичек. Они разлетелись в разные стороны и воротник распахнулся, обнажая ключицы, которые тут же стали объектом новых поцелуев.
Громко ахнув, я вздрогнула, обхватила руками лицо мужа и сама прижалась губами к его рту. Еще неумело, может даже неправильно, но… я еще научусь.
Демону явно понравилась моя активность. Тихо рыкнув, он стальным обручем сжал меня за талию, едва не задушив, и поцеловал в ответ так, что ноги подкосились.
Горячий язык заставил меня раскрыть губы ему навстречу и сдаться под натиском безумной страсти, которая огненным потоком хлынула по венам."
"В затуманенном дурмане я чувствовала, как его ладони хаотично коснулись спины, как опустились ниже, сжимая бедро, и снова вверх к спине, заставляя прижаться к нему так тесно, что еще немного и вплавлюсь.
Наш поцелуй стал откровением, разом расставив все на свои места. Больше никакого притворства, никаких ужимок и кокетства.
Желание. Обоюдоострое и обжигающее. От которого уже невозможно отмахнуться.
И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы…
Стук в дверь и бодрое:
— А вот и ваш чай.
10.4
Я дернулась, пытаясь вырваться.
В голове паника и даже ужас.
«Нельзя. Нельзя, чтобы нас видели!»
Но Мейнор не позволил мне сбежать и скрыться.
