Все дело в том, что король после бала решил показать всем свое расположение и подарил нам особняк в центре столицы, всего в двух шагах от дворца, чтобы Мейнору можно было легко видеться с принцем.
И пусть у нас был родовой особняк Альбери, который к нам вернулся вместе с титулом и прочими привилегиями. От подарков короля отказываться не принято, тем более таких. Особняки в столице у самого дворца на дороге не валяются.
Вот и пришлось улыбаться, радоваться и переезжать. Последнее причем с превеликим удовольствием.
Мы получили не только отдельные комнаты, а собственный дом. Но не это самое главное! У наших дверей уже не будет слуг, которые станут шпионить и доносить о наших личных отношениях.
Наоборот, Мейнор сдержал свое слово, и все старые слуги, которых я знала с рождения, были возвращены на свои должности.
Мы с мужем получили полную независимость друг от друга. Больше не надо было играть роль, бояться, что нас кто-нибудь разоблачит.
Просто мечта, а не жизнь.
Вот только радоваться почему-то не получалось.
— Ваша почта, герцогиня, — произнес дворецкий, входя в гостиную, где я вот уже больше часа сидела в кресле, неотрывно глядя на огонь в камине.
— Что там, Аберфот? — устало отозвалась я, переводя на него взгляд.
— Приглашения на балы, записки с поздравлениями и прочее, — перечислил дворецкий. — Вы с мужем нарасхват. Каждый желает заполучить к себе новых герцога и герцогиню Альбери.
Кто бы сомневался, — отозвалась я, бегло просматривая конверты с приглашениями.
Штук десять, не меньше. А самого главного письма до сих пор нет.
— От Алессы нет писем?
С подругой мы не общались эту проклятую неделю. Все семь дней!
С того самого момента, как я навестила её на следующее утро в лазарете, где Лесс проходила лечение после магического воздействия.
Я как могла убеждала подругу, что не виню её, не злюсь и все понимаю. Алесса слабо кивала, соглашаясь. Но в глазах пустота, от которой становилось страшно.
Отец забрал её домой через несколько часов и с тех пор вестей не было.
— Дай ей время, — убеждал меня Мейнор, когда я пожаловалась ему на молчание Алессы. — Представь, как ей сейчас. Нужно время.
И я ждала.
И чем больше ждала, тем сильнее волновалась.
Неужели я потеряю и её?
— Нет, герцогиня, — покачал головой дворецкий. — От айтэ Даллар писем нет.
— Аберфот, я же просила обращаться ко мне как раньше, — стараясь унять раздражение, произнесла я. — Ты же знаешь, что мне не нравится все это.
