— Ариенн тоже отказывалась следовать здравому смыслу, рискуя всем.
— Кажется, ты сейчас назвал меня глупой?
— Скорее авантюристкой. И если ты не можешь трезво оценивать ситуацию, то это сделаю я. Для твоей же безопасности.
— Ты отказываешься от моей помощи? — не поверила я.
— Да.
— Глупо!
Я от души шмякнула ему полотенце на лоб.
— Очень глупо! — повторила я.
Вдруг демон первый раз не услышал.
— Я ведь не за тебя беспокоюсь, но и за себя. И за принца тоже. Он уже почти опустошил запасы спиртного у бедного хозяина.
Мейнор ничего не ответил, просто смотрел. Но от его взгляда было не по себе.
— Раз тебе помощь не нужна, то я ложусь спать.
Не дождавшись ответа, я начала перебираться на свою сторону кровати. За эти дни я привыкла к мужу и к его присутствую и стеснения больше не чувствовала. И одна постель на двоих уже не казалась чем-то необычным и неприличным.
— Ник, — вдруг подал голос демон.
— Что?
Я уже сняла халат, который повесила на подголовник кровати, и забралась под одеяло, пытаясь согреться.
— Ты помнишь историю создания королевства?
— Какого королевства? — не поняла я.
— Твоего. Королевства Лагарт.
— Tы решил устроить проверку знаний по истории мира? Так зря стараешься. У меня высший балл, — поправляя неудобную подушку, ответила ему.
— Я в тебе никогда не сомневался, и всё-таки?
— Считается, что Лагарт, как и все другие государства, когда-то очень и очень давно были частью одной большой страны. Её называли Эрегия. Место, где царила магия и порядок, где все было идеально.
Я в это не особо верила, но история — это не тот предмет, который можно было оспаривать, высказывая свое мнение.
— Но потом появилась Пустота с чудовищами. Эрегия пала, расколовшись на отдельные государства. Лагарт был создан четырьмя великими семьями: Фархары, Эрнаризы, Альбери и семья Гарриади, что и заняла трон новой страны.
— А три остальные семьи?
— Дали клятву верности, — пояснила я.
— Не просто клятву, а магическое слово, — поправил меня Мейнор.
— Какое магическое слово? — приподнимаясь на локтях, спросила я, пытаясь в темноте разглядеть лицо мужа.
— Нам об этом не рассказывали.
— И не расскажут. На уроках так точно. Но я думал, может твой отец тебе объяснит все.
— Объяснит что?
— Ты же Альбери, наследница и единственная дочь герцога.
— Папиным наследником был Брэндон, — возразила я, присаживаясь и поворачиваясь к демону. — Я всего лишь дочь.
— В тебе течет первая кровь.
— Опять кровь? — вспыхнула я, пытаясь подавить растущее раздражение.
