— Я думаю, что Коннор об этом знает, — проницательно взглянув на друга, заявил Рейн. — Сегодня вечером у костра будут танцы. Ты бы спросил, не пригласил ли кто Снежу. Может, еще и успеешь.
Коннор взял ломоть хлеба и кивнул, не поднимая глаз.
Друзья правы, пора прогнать мысли о Светлой, сжать зубы и выполнять долг!
— Я чего-то не знаю? — тут же насупилась Мел.
— Ее отец выбрал.
— Как и десяток других. Эта чем угодила?
— Сроками.
Девушка поджала губы, но промолчала.
— Цветы не забудь, — вставил Дик. — Девушки это любят.
Мел фыркнула и закатила глаза.
— Нормальные девушки, — тут же поправился светловолосый мужчина, подмигнув ей.
— Я понял. Танцы, цветы…
Пригласить Снежу на танцы оказалось совсем несложно. Девушка только этого и ждала, и даже отнекиваться не стала.
Коннор глубоко вдохнул, чувствуя облегчение. Ему словно стало легче дышать. Будто камень сняли с сердца.
А может, не так и страшна эта привязка.
Помучился месяц, и все прошло.
«Дурак», — проворчал Эфир, который наблюдал за всем с ленивым равнодушием.
Пусть так. Главное, чтобы образ светлой в памяти потускнел. И нить, которая привязывала его к ней, ослабла, исчезло то мучительное притяжение, что не давало ему жить и дышать спокойно.
Все стало понятно значительно позже.
— Кажется, к нам гости, — заметил Рейн, стоя у окна.
— Что за гости? — вскакивая с кровати, спросил Дик и встал рядом с другом. — Хм, действительно. В рядах Монрей очередное пополнение.
— Интересно, с чего вдруг? Может они нам чего недоговаривают — произнесла Мелисса.
Они традиционно делили одну комнату на четверых. Но для Мел всегда отгораживали ее постель, создавая видимость уединения.
— Это вряд ли, — рассмеялся Дик. — Ничего так. Хорошенькая.
Коннор вздрогнул.
«Нет! Этого не может быть!»
— Ого. Да она не одна. Эта еще интереснее. Жаль, светлые. Красивые, но кислые, как ягоды чернобины.
Хоторн медленно подошел к окну.
И сразу же увидел ее.
Стройная девушка в светлом платье и широкополой шляпе. Лица не разглядеть, да и фигуру тоже. Но Коннор сразу ее узнал.
Сердце отозвалось болезненным ударом.
Рин.
Она здесь!
Нет!
Нет, этого не может быть!
Но глаза не обманывали, как и собственные чувства. И Эфир, который, сбросив лень, жадно всматривался в девичью фигуру.
Рин… Рин. Рин!
— Интересно, зачем они здесь? Никогда не видел, чтобы светлые таскали своих жен по миру. Тем более что здесь небезопасно, — заметил Рейн.
Его голос, как и голоса Дика и младшей сестры, казался приглушенным и каким-то далеким.
