Эфри давно уже была наготове и огненной стрелой впилась в сердце, заставив выгнуться и судорожно вздохнуть.
Весь мир будто замер на мгновение.
Застыли и монстры, с ревом бросившиеся вперед; неподвижно стоял Питер, обращение которого началось одновременно с моим.
Больно.
Опять.
Только на этот раз боль была благом. Она отрезвила, заставила взять себя в руки, стиснуть зубы и приготовиться к бою.
Она исчезла так же быстро, как и появилась, уступив место теплу и жару.
Эфри! Я вновь чувствовала ее.
Пегас вручила мне не только крылья, но и создала защитные доспехи, которые могли хоть немного, но защитить меня от яда тварей Бездны.
Взлетев под потолок, я увернулась от одной из них и, коснувшись кулона, быстро прошептала древнее заклинание.
Когда я опустилась на землю, в моих руках уже горели огненные клинки.
— А вот теперь повоюем.
Активировав щит, я сразу же бросилась на ближайшую тварь.
Это не безмозглые бабочки и птички, которые были созданы лишь для того, чтобы открыть трещину и расширить ее для более мощной силы.
Нет, Сумеречный кошмар был одним из высших тварей. Он мог думать, анализировать — и погибать от рук какой-то девчонки не собирался.
Уклонившись в сторону, монстр попытался достать меня одной из лап с острыми когтями. Теперь пришла моя очередь уворачиваться и уходить в оборону, надеясь, что щит сможет устоять под градом ударов.
Питер взял на себя два создания, чем значительно облегчил мне жизнь.
Следить за ним не было ни сил, ни возможностей.
Но я слышала его тихие проклятья, звон ударов и знала, что он жив. Уже этого было достаточно.
Больше атаковать мне не позволили. Как-то незаметно существо загнало меня в угол, где единственное, что я могла делать, — это отбиваться и стараться не умереть, каждые пару минут подпитывая щиты.
Еще немного, и сил не останется.
В какой-то момент пришлось отказаться от клинков. Какой в них толк, когда ударить мне все равно не дают, а магии они забирают много.
— Держись! — крикнул Питер.
Судя по звукам, он пытался пробиться ко мне. Вот только твари не давали, старательно отсекая нас друг от друга.
Что ж, прав был Питер и все остальные. Воительница из меня никакая.
«Коннор! Ну где же ты?»
Не прошло и пары секунд, как пещера вдруг задрожала. Существа застыли, принюхиваясь, и внезапно стали отступать, злобно шипя и скалясь на потолок.
— Что происходит? — крикнула я.
— К стене! Прижмись к стене! — отозвался Питер.
