"
"— Значит нет, — широко оскалился Тиан, который сразу угадал причины моего враз испортившегося настроения. — Мужчины не прощают предательства. Айрин. Никто не прощает. И мы не простим.
— И ты сюда явился ради этого? Рассказать мне, что помните о предательстве и не простите? — насмешливо спросила я, размышляя о том, стоит ли позвать Коннора.
С одной стороны, под его защитой было бы спокойнее и надежнее, а с другой — надо же узнать, что хочет дядя. Ведь не просто так Финне Монрей прислал сюда своего сына. А я сомневалась, что в присутствии Коннора Тиан будет таким разговорчивым.
Выходит, придется разбираться самой.
«Ну не попытается же он меня убить…»
— Нет. Если бы ты знала… как все эти годы мне хотелось поставить тебя на место… напомнить, кто ты такая, — прошипел брат. — Всего лишь жалкая девчонка, которой не место на одном уровне с великими светлыми магами. Столько раз я был на волосок от того, чтобы содрать с твоего лица ликующую улыбку.
Его красивое лицо исказилось от такой ненависти, что я невольно вздрогнула.
Как же я раньше не замечала этого? Как пропустила его презрение, граничившее с безумием? И главное, за что? Что я такого сделала? Посмела стать другой? Не такой, как все женщины рода Монрей? Мечтала и делала все для того, чтобы мечта сбылась? Так разве за это стоит ненавидеть?
— А сейчас решился?
— Я бы… показал тебе, на что решился, да приказа не было.
— Ах да, ты только по приказу действуешь, — не удержалась я от колкой насмешки.
Знала, что рискую, но братишка сам напросился.
— Глава рода Монрей и твой глава требуют, чтобы ты немедленно вернулась домой, — задрав нос, заявил Тиан.
— У меня нет дома, — напомнила ему. — С того самого дня, когда я отказалась быть пешкой в руках твоего отца. У меня нет ни дома, ни семьи. Ни-че-го! Так что требовать от меня чего-либо вы не имеете никакого права.
— Главе стало известно, что вы нашли с Хоторном некий артефакт, который принадлежал одной особе из прошлого.
— Ориэль Монрей Хоторн. Ее звали так. И скрывать правду больше нет смысла.
— Еще одна перебежчица в стан врага.
— Мы не враги, — упрямо произнесла я. — Мы все боремся против тварей Бездны, а не друг против руга. Когда же вы с дядей поймете?
— А когда же ты поймешь, что они не так хороши, как ты думаешь? — вдруг произнес Тиан. — Такая же глупая и наивная, как и Ориэль. Она тоже верила в то, что может стать другой, что может приблизиться к величию отца. Пошла на поводу у гордыни и встала во главе уничтожения нашего мира.
