Законный! — вспыхнула я, но на месте устояла.
Стены и потолок вновь задрожали, осыпаясь рыжим песком и пылью.
— Он знает?
— Да. И тебе это давно известно. И не надо мне говорить, что ты не в курсе, дядя. Если бы ты захотел, то сделал бы все для того, чтобы Коннор не узнал правду. Но ты не стал. Хотел, чтобы все открылось.
Глава рода лишь усмехнулся, не подтверждая и не опровергая мои слова. Да это и не нужно было. Мы оба знали, что это правда.
— Только я не понимаю: зачем? Для чего этот риск?
— Да, действительно риск был.
Но этот идиот в тебя влюбился.
— Не говори так о Конноре.
— Как так? Не называть идиотом? — продолжал улыбаться мужчина. — Так разве это не так? Мужчина узнал, что его любимая все это время лгала и притворялась, водила его за нос, выдавая себя за другую. Нормальный мужик отомстил бы, растоптал тебя и всю нашу семью. Но этот слюнтяй предпочел рыдать и зализывать раны на ринге.
— Не смей так о нем говорить! — вскричала я, делая шаг вперед. — Ты и мизинца его не стоишь! Коннор лучше тебя, сильнее, умнее!
Башня опять задрожала, и нас на головы вновь посыпалась пыль.
Она забивалась в волосы, щекотала нос, мешала нормально дышать, жгла глаза.
Интересно, как долго удержится потолок? Когда рухнет, похоронив нас под своими руинами?
— Так открой эту дверь, — вкрадчивым голосом произнес Финне Монрей. — Открой и впусти меня к нему. Там мы и проверим, кто из нас сильнее, умнее и лучше.
Этот тон был так хорошо знаком и болью отозвался внутри.
Еще год назад я бы сразу же бросилась исполнять его приказ и даже не подумала бы сопротивляться.
Дядя отлично вышколил нас, вложив в голову, что любой его приказ, любое слово должны немедленно исполняться.
Но это было год назад. В той, другой жизни, которая не имела ничего общего со мной настоящей.
— Нет.
— Что так, Айрин? Боишься?
— Ты же знаешь, что Коннор ранен, что он почти без сил и не сможет тебе ответить.
— Так помоги ему, Айрин. Помоги своему мужу, пока можешь. Иначе еще немного — и он умрет, и наш мир вместе с ним.
Последнюю фразу дядя прорычал, как-то незаметно утратив весь свой добродушный вид и вкрадчивость. Передо мной был старый хищник, матерый зверь, который никогда не отступит и будет сражаться до последнего.
— Мир не падет. Купол будет новым, более мощным и сильным. Он защитит нас от тварей Бездны.
— И ты думаешь, я позволю вам это сделать?
— Уже позволил, — возразила я, сильнее сжимая клинки.
Дядя часто сражался со мной на плацу.
