Онлайн-библиотека книг
Они превратились в гусениц, чья ругать по-прежнему напоминала шёпот, и чьи испепеляющие взгляды никого не задевали. Парням было плевать. Они веселились! И упивались собственной крутизной.
— Учиться надо лучше, — прокомментировал ситуацию Корни. — Практиковаться чаще.
— Подстраивать свои магические умения под нужды нашей будущей профессии, — самодовольно добавил Миар. — Расти магически и интеллектуально.
К слову, магию, которую применили адепты, я не опознала, но это точно была вариация чего-то очень обыденного.
— Мм-м, а вот и тортик, — потирая руки, сказал Миар.
— А ну не трожь! — потребовала я.
Миар услышал и обернулся на Лекса. Уж не знаю, чего он ждал, но Аргрос заявил:
— Сделай-ка чаю.
— Торт отравлен! — возопила я.
Понимала, что мне вряд ли поверят, но ответ жениха оказался за гранью.
— Тем лучше, дорогая. Заодно повысим свою устойчивость к ядам. Она лишней она не бывает.
— Лекс Аргрос! — мой новый вопль.
Тут случилось совсем уж вопиющее — жених меня поцеловал.
Легко, быстро и прямо в губы. Поцелуй напомнил прикосновение пёрышка, но внутри случился настоящий взрыв. Тут были и мурашки, и ослабевшие резко колени, и калейдоскоп неприличных видений, и, что совсем уж невероятно, видение связывающего нас канала.
Но внезапный взрыв ощущений был мелочью в сравнении с тем, что я онемела. Губы словно склеило. Я чуяла на коже магию, только противостоять ей не могла.
А ещё наблюдала стоявшего рядом и жутко довольного Лекса — истинный аж светился.
— Сама говорила, что я тиран, — иронично произнёс он.
— Я тебя убью!"
"Мой вопль прозвучал как мычание, а Лекс уставился заворожённо. Смотрел на те самые губы и точно хотел поцеловать вновь. Ситуация — кошмар, но я вдруг поймала себя на бредовом. Да, мне тоже хочется. Так, чтобы и мурашки, и колени, и всё прочее. Чтобы так же сладко как во сне.
К счастью, беды не случилось. Аргроса отвлёк Миар, сообщивший о готовности чая.
Дальше произошло то, что развеяло все сгустки накатившего на меня романтичного тумана. Жених весьма бережно усадил меня на принесённый Корни стул, а сам взял противень с пирожками и ушёл к парням.
Пятеро… ну очень нехороших людей преспокойно уселись, разрезали торт, разделили между собой пирожки и занялись чревоугодием. На потолке шипели и барахтались в магических путах девчонки. Я тоже не могла ничего предпринять.
Это было так гадко.
