Женись на мне до заката

Вайолет не умерла бы от голода, даже если бы он не кормил ее пару дней. Она жаловалась, требовала еды, но Морган не обязан был о ней заботиться.

Ему также не следовало позволять своей пленнице прислоняться к нему и засыпать в его объятиях, ведь как только они тронулись в путь, Вайолет снова задремала, прильнув к его груди. Может быть, Морган просто не замечал ее, пока она молчала? Как бы то ни было, но Вайолет постепенно перестала стесняться в его присутствии.

Конь наворачивал круги, петлял и карабкался в гору.

Сквозь сон Вайолет слышала цоканье копыт, ударявшихся о камень и шум бегущей воды, поэтому она решила, что они следуют по течению ручья или небольшой речки. Но дороги здесь не было, и Вайолет сильно качало и трясло. Ее так и подмывало снова взглянуть из-под повязки на окружающие пейзажи. Но Морган заметил, что она подняла руку к лицу, и остановил ее.

– Нет! – рявкнул он.

Вайолет недовольно хмыкнула и про себя осыпала его самыми нелестными эпитетами.

Когда Морган снял повязку с глаз Вайолет, она решила, что они наконец добрались до его участка, но, как оказалось, ошиблась.

Он забрал свою бандану потому, что теперь их окружали сосны, за которыми и так ничего не было видно. Караван продолжал медленно подниматься по пологому склону. Вайолет снова услышала шум воды, но ручей или речка очевидно скрывались за густой стеной корабельных сосен.

Бьютт окружали многочисленные холмы, а в отдалении находились лагеря работавших на рудниках горняков, похожие на маленькие палаточные городки.

Вайолет думала, что рудник Моргана тоже расположен на холме, но сейчас они поднимались по склону настоящей горы.

Когда лес наконец расступился, Вайолет увидела впереди очень крутой подъем и поняла, что до этого они двигались по узкой долине или оврагу. Деревья поредели, и вскоре они подъехали к забору, характерному для Дикого Запада. Его звенья состояли из двух горизонтальных досок, прибитых к невысоким, вкопанным в землю столбам.

Морган спешился, но не помог Вайолет слезть с лошади. Она замерла на мгновение, заметив стоявший неподалеку небольшой домик – это была довольно крепкая деревянная постройка с открытой верандой под навесом. Горняки в районе Бьютта спали обычно в палатках, за исключением, конечно, зажиточных предпринимателей, таких, как, например, Шон Салливан, у которого был огромный особняк. Как оказалось, Морган Каллахан тоже обзавелся домом в лесной глуши.