А мне нельзя! В таком состоянии я ведь какую-нибудь гадость могу учинить! Все пострадают!
Остаток вечера я пыталась быть паинькой и думать о прекрасном.
Как прекрасно было бы придушить Марка! И Астера, который танцевал со мной все положенные танцы с видом приговорённого к сожжению в магическом огне узника. А ведь я честно пыталась молчать и слушать мужа. Увы, муж тоже молчал. Только хмуро улыбался на поздравления и скупо благодарил. От такого ужасного отношения (пренебрежения, лучше сказать!) у меня разболелась голова.
Мне срочно нужно было разбить несколько тарелок (желательно об чью-то упрямую голову) и поорать.
Но вот наконец пытка официозом закончилась (вернее, гости-то продолжали праздновать), и нас торжественно проводили в покои для новобрачных.
Я снова начала нервничать. Астер своим молчанием за этот вечер изрядно поистрепал моё терпение (избытком которого я никогда не отличалась), а сейчас нам предстоял, так сказать, апофеоз брачных отношений. Хорошо Астеру! Для него, судя по всему, что я читала в газетах, это не было проблемой, но я-то совершенно не представляла, что делать!
Пока меня переодевали и готовили к брачной ночи, я вся извелась, решив, что прежде чем что-либо между нами произойдёт, нам придётся серьёзно поговорить.
"
"И вот, когда я, вся такая воздушная и, надеюсь, к поцелуям зовущая, вошла в спальню, то обнаружила, что муж блистает отсутствием. Полным. Словно его тут и не было.
Глава 21. Брачная ночь: ожидания и реальность
Я задумчиво прошлась по комнате, бегло осмотрев огромную кровать под парчовым балдахином и подошла к столику, сервированному на двоих.
Вино в серебряном ведёрке со льдом, лёгкие закуски… Весьма кстати, потому что на празднестве мне было как-то не до этого, а теперь я чувствовала, что изрядно проголодалась.
Немного подумав, я открыла вино и налила себе бокал, бросила в рот рулетик из ветчины и сыра, прихватила пару бутербродиков и отправилась на балкон, решив, что скандал устрою попозже, когда выясню, каких лысых демонов он делает вне нашей спальни во время первой брачной ночи.
Я, значит, его спасаю, а он, значит, меня позорит!
С балкона открывался невероятный вид на звёздное небо и наши два ночных светила. Был сезон. Уна, ночная повелительница волшебства, сеяла тонкие блёстки магической пыли, сверкающей в свете второго спутника, Ири, превращая ночь над островерхими заснеженными пиками в волшебную феерию.
