Женитьба дядюшки Жиля (СИ)

И она ещё и маг, девчонка, мелкая девчонка – и маг, ну куда это годится! Зачем девчонке магия? Она с ней вообще что делать будет? Вот и пусть сидит тихо, раз девчонка, и носа из своей комнаты не показывает! Они с братом и сёстрами всегда играли в этом дворе, а теперь что – ещё и с этими благородными девицами играть? Да пошли они! Посидела на камне, так может ума прибавится, и осторожнее будет!

Племянник глянул на Жиля с усмешкой.

- Понимаете, родич? Пусть сидит тихо, раз девчонка. Представляете, что было бы, скажи он это, например, моей матушке, или вот ещё – Анжелике де Безье? Или госпоже Жийоне, что окопалась на чердаке и в стенку смотрит?

Почему-то Жиль представил именно госпожу Жийону.

Да-да, сказать магу-некроманту «сиди и носа не высовывай». Впрочем, все взрослые когда-то были детьми, так может быть, ей тоже говорили?

- Господин Рокар, мне бы хотелось, чтобы мои гости были ограждены от подобных высказываний, - теперь Лионель смотрел на своего управляющего. – Может быть, юного Жака следует отдать куда-нибудь, где его научат какому-нибудь делу? Подумайте, если что – я замолвлю за него словечко.

А с Сесиль, наверное, стоит поговорить вашей супруге.

Жак, услышав такое, сделался белым-белым. Ну да, парню в одиннадцать лет – или сколько ему там – нужно не девочек по двору гонять, а учиться. А он всё дома, у матушки под крылышком.

- Жак, в свою комнату. Не выходить, пока я не разрешу, - сказал ему отец.

Тот молча исчез – как ветром сдуло.

- Простите нас, господин Лионель, - продолжил управляющий.

– Он очень страдает, что не родился магом, я-то, вы знаете, маг, а дети – ни один не унаследовал. Наверное, вы правы, его нужно отправить из дома и отдать в обучение, у моего брата лавка в столице, и у Симоны сестра замужем за управляющим большого дома, там тоже есть, чему учиться. Я-то думал, что он постепенно к моей работе пристроится, а он у нас всё бездельничает. Может быть, всё же, налить вина? Девочка ведь не пострадала?

- К счастью – нет, - кивнул Лионель. – Кстати, были ещё эпизоды с отобранными сладостями, испорченными вещами и дракой.

- Ох, я даже и не думал, что так далеко зайдёт. Мы с Симоной поговорим с ним, непременно поговорим. Он попросит прощения у девочек. И отправится учиться.

За ужином госпожа Мадлен не появилась. От неё пришла камеристка и рассказала, что и Аделин, и саму Мадлен отогрели в горячей ванне, заодно помыли и остальных детей, и теперь все они сохнут и просят дозволения поужинать у себя в комнатах.

Отогрели – это хорошо.