Женюсь на Красоткиной

Заберу машину к чёртовой бабушке, уволю, по всей области работу не найдёшь, тебя даже ночным сторожем не возьмут! Всё, думай!

Он схватил с тумбочки ключи от машины и вылетел за дверь, за ним, стуча огромными каблуками, мчалась анорексичная брюнетка, причитая на ходу:

– Тоша, только не волнуйся, у тебя же давление…

– Какое давление? Сто двадцать на восемьдесят? – крикнул вслед парень.

Дверь с грохотом захлопнулась. Он повернулся ко мне и уставился взглядом мясника, собирающегося рубить на части крупную тушу. Я покосилась на свое платье, висящее на стуле в паре метров от кровати.

Парень проследил за моим взглядом и глубоко вздохнул.

– Я что, реально тебя сюда привёз? – его взгляд наполнился ужасом. – Блин, это сколько же надо было выпить…

Я собиралась оправдываться, извиняться, но вместо этого с языка слетело:

– А ты имеешь что-то против моей внешности?

Он страдальчески поморщился.

– Ничего не имею, только ты не в моем вкусе. От слова совсем. Надо ж было отцу с Жанной так не вовремя заявиться. Слушай, а ведь это вариант! – он вдруг оживился.

 – Если я действительно пойду с тобой в загс, они вздрогнут! Они же, когда начнут соображать, будут сами просить, чтобы я отменил свадьбу. Давай, одевайся, пойдем писать заявление.

Странно, вроде выглядит как нормальный, а несёт такую дичь. Видимо, у них это наследственное.

– Ничего, что мы незнакомы? – с иронией поинтересовалась я.

– Ничем помочь не могу, в общежитии крыша провалилась, – упорно держала оборону комендантша. – Нет у нас мест, Красоткина.

Ремонт будет долгим, неизвестно, когда закончится

– Но должны же нас пока хоть куда-то расселить, – настаивала я.

– Кто тебе тут что должен? – она фыркнула. – Везде все занято. В общежитиях у медиков, у музыкантов, у архитекторов были места. Приехала бы раньше, может, куда и успела бы заселиться. Теперь квартиру ищи, а с общежитием ничем помочь не могу.

– У меня на квартиру денег нет, – не отставала я. – А может, уборщицей меня возьмёте? Буду пока в подсобке спать, а?

– Слушай, я же сказала русским языком: всё занято, – раздражённо проговорила комендантша, загораживая собой вход на этажи.

 – Ваши уже успели и уборщицами устроиться, и дворниками, и вахтерами на полставки.

Я вздохнула. Значит, все варианты с общежитием пролетают мимо. Завтра начало занятий, а жить мне, как оказалось, негде.

– Лиза Мироненко тоже осталась без комнаты? – спросила я.

Лиза – последняя надежда. Наша самая энергичная однокурсница просто не могла оказаться совсем без жилья.