Женщины Цезаря

Он не так надежен, как я. Он просто спит и видит себя римским аристократом.

Итак, Публий Ватиний вынес на плебейском собрании вопрос о ратификации восточных соглашений в серии законов, на которые был разбит изначальный общий закон, касавшийся соглашений Помпея. Но проблема заключалась в том, что после начальной эйфории плебсу надоело это бесконечное законотворчество и он призвал Ватиния поскорее кончать с тягомотиной. Без руководства Цезаря (который был верен своему слову не помогать Ватинию) сын нового римского гражданина из Альба-Фуценции не мог разобраться в том, какого размера данью следует облагать восточных правителей и как определять границы царств.

Поэтому плебс делал грубые ошибки от закона к закону, постоянно занижая дань и слишком туманно определяя границы. Boni, со своей стороны, допустили все это, поскольку в течение всего месяца им не удалось наложить вето ни на один законопроект Ватиния. Они предпочли жаловаться – громко и долго – после того, как все было закончено, и использовать произошедшее как пример того, что случается, когда прерогативы сената узурпируются законодательными органами.

Но Цезарь их предупредил:

– Не приходите ко мне плакаться! У вас был шанс, но вы отказались им воспользоваться. Жалуйтесь теперь плебсу. Или, что еще лучше, коль скоро вы отказались выполнять свои обязанности, научите плебс, как составлять договоры и определять дань. Кажется, теперь именно плебсу и предстоит это делать.

Прецедент уже есть.

Но все это бледнело перед перспективой голосования в трибутном собрании по вопросу о земле. Прошло достаточно времени и предварительных обсуждений. На восемнадцатый день февраля Цезарь созвал для голосования трибутные комиции – несмотря на то, что в этом месяце фасции были у Бибула.

К этому времени ветераны, которых отобрал Помпей, прибыли голосовать. При их поддержке закон lex Iulia agraria должен пройти. Настолько огромной была собравшаяся толпа, что Цезарь решил не проводить голосования в колодце комиция.

Он поднялся на платформу у храма Кастора и Поллукса и не стал тратить время на предисловия. Помпей выступал как авгур, а великий понтифик сам совершил молитвы и объявил жеребьевку, чтобы определить порядок, согласно которому трибы будут голосовать вскоре после того, как солнце взойдет над Эсквилином.

Первыми были вызваны голосовать граждане трибы Корнелия. И тут boni нанесли удар.