Женщины Цезаря

 – Марк, меня чуть не вырвало! Это самый хладнокровный, самый отвратительный политический маневр, о каком я когда-либо слышал! С тех пор как Брут пришел ко мне, я пытаюсь сохранять ясный ум. Я даже пытаюсь говорить что-то рациональное, но больше не могу! Ничто из того, что мы делали прежде, не может сравниться с этим! И это – хорошо для Цезаря, вот что хуже всего!

– Сядь, Катон, пожалуйста! Я уже говорил, что это выгодно Цезарю. Успокойся! Мы не побьем его громкими словами или демонстрацией нашего отвращения к этому браку.

Катон сел, но предварительно еще налил себе вина. Почему Катон так много пьет? Казалось, это совсем не вредило ему. Может быть, таков его способ поддерживать в себе силы.

– Помнишь Луция Веттия? – спросил Бибул.

– Это всадник, которого Цезарь приказал высечь прутьями, а потом раздал его мебель подонкам?

– Он самый. Он вчера приходил ко мне.

– И?..

– Он ненавидит Цезаря, – задумчиво сказал Бибул.

– Я не удивляюсь. Этот инцидент сделал его посмешищем.

– Он предложил мне свои услуги.

– И это меня не удивляет. Но как ты можешь его использовать?

– Вбить клин между Цезарем и его новоиспеченным зятем.

Катон уставился на Бибула:

– Невозможно!

– Согласен, брак затрудняет дело, но такое возможно. Помпей ко всем относится подозрительно, включая Цезаря, – сказал Бибул. – Конечно, Юлия слишком молода, чтобы представлять опасность. Но она обессилит Великого Человека своим вожделением и вспышками дурного настроения, которые не устают демонстрировать незрелые женщины.

– Единственный способ добиться этого, – сказал Катон, снова наполняя свой бокал, – заставить Помпея воображать, будто Цезарь хочет его убить.

Теперь Бибул уставился на Катона:"

"– Этого мы никогда не сделаем! Я имел в виду исключительно политическое соперничество.

– Ты ведь знаешь, что мы могли бы это сделать, – кивнул Катон. – Сыновья Помпея еще недостаточно взрослые, чтобы наследовать его положение, но Цезарь – Цезарь может наследовать все.

– Вероятно, ты прав. Но как ты предлагаешь вложить эту мысль в голову Помпея?

– Через Веттия, – ответил Катон, отпивая вино теперь уже маленькими глотками. Вино начало действовать, он мыслил все яснее. – И тебя.

– Не понимаю, куда ты клонишь, – сказал младший консул.