Женщины Цезаря

 – Тебе достаточно сенаторского подтверждения права царя на трон? И в дополнение – декрета, делающего его другом и союзником римского народа?

– Я надеялся только на первое, – ответил ободренный Аристарх. – Царь Птолемей Филопатор Филадельф станет другом и союзником! Это превосходит мои самые смелые ожидания.

– Тогда раздвинь немного горизонты твоих мечтаний, Аристарх! Все реально.

– За определенную цену?

– Конечно.

– Какова твоя цена, Гай Цезарь?

– За первый декрет, подтверждающий право Филадельфа на трон, – шесть тысяч талантов золотом, две трети которых должны быть уплачены до издания декрета и последняя треть – через год.

За титул друга и союзника – еще две тысячи талантов золотом. Их надо заплатить заранее, – сказал Цезарь, сверкнув глазами. – Это не обсуждается. Согласен – или не согласен.

– Ты хочешь стать самым богатым человеком в Риме, – сказал Аристарх, почему-то разочарованный. Он не считал Цезаря вымогателем.

– С шестью тысячами талантов? – засмеялся Цезарь.

 – Поверь мне, они не сделают меня самым богатым человеком в Риме! Нет, часть этих денег пойдет моим друзьям и союзникам, Марку Крассу и Гнею Помпею Магну. Я могу получить декреты, но не без их поддержки. Нельзя ожидать, что римляне сделают одолжение иностранцам без значительного вознаграждения. Как я поступлю с моей долей, это мое дело, но скажу тебе, что у меня нет желания осесть в Риме и жить так, как живет Лукулл.

– Документы будут совершенно определенными?

– О да.

Я сам их сформулирую.

– Тогда цена за все – восемь тысяч талантов золотом. Шесть тысяч – аванс и две тысячи через год, – сказал Аристарх, пожав плечами. – Хорошо, Гай Цезарь, пусть будет так. Я согласен.

– Все деньги должны быть переведены в банк Луция Корнелия Бальба в Гадесе, на его имя, – сказал Цезарь, многозначительно вскинув бровь. – Он распределит их так, как я ему скажу. Я должен защитить себя, ты же понимаешь. Поэтому никаких сумм не поступит на мое имя или на имя моих коллег.

– Понимаю.

– Очень хорошо, Аристарх. Когда Бальб сообщит мне, что деньги получены, тебе вручат твои декреты и царь Птолемей сможет наконец забыть о том, что предыдущий царь некогда завещал Египет Риму.

– О боги! – воскликнул Красс, когда несколько дней спустя Цезарь рассказал ему об этой беседе. – Сколько я получу?

– Тысячу талантов.

– Серебром или золотом?

– Золотом.

– А Магн?

– Столько же.

– Тебе – четыре и еще две через год.