Онлайн-библиотека книг
– Что же это за отношения? – строго вопросила мать.
– Не очень удобные, – ответил он и затрясся от смеха.
– Да, вижу. Она могла убить тебя.
– Надеюсь, что достаточно бдителен, чтобы предотвратить такой исход.
– Но тебе еще не надоело.
– Определенно не надоело, мама.
– Не думаю, что это здоровые отношения, – наконец произнесла она, насухо вытирая его спину. – Было бы разумно покончить с ними, Цезарь. Ее сын помолвлен с твоей дочерью, а это значит, что вы двое должны будете сохранять приличия много лет.
– Когда буду готов, не раньше.
– Нет, не вставай еще! – резко остановила его Аврелия. – Пусть сначала совсем высохнет, потом надень чистую тунику. – Она оставила его и стала рыться в сундуке с одеждой, пока не нашла то, что удовлетворило ее чувствительный нос. – Сразу видно, что нет Кардиксы, прачка плохо выполняет свою работу. Завтра утром я с ней поговорю.
Аврелия снова подошла к кровати и сунула ему тунику.
– Ничего хорошего из этих отношений не получится.
На это Цезарь ничего не ответил. К тому времени, как он свесил ноги с кровати и просунул руки в тунику, его мать уже ушла. И это, сказал он себе, было очень милосердно.
В десятый день декабря новые плебейские трибуны вступили в должность, но на ростре главенствовал не Авл Габиний. Эта привилегия принадлежала Луцию Росцию Отону из числа boni, который сообщил собравшейся толпе всадников первых классов, что пора восстановить их былое право занимать лучшие места в театре.
Следующее заседание плебейского собрания интересовало Цезаря намного больше. Авл Габиний и Гай Корнелий, люди Помпея, взяли инициативу в свои руки. Первым делом требовалось сократить количество консулов будущего года с двух до одного. И способ, которым Габиний добился этого, был весьма хитроумен.
