Женщина отца

Мои вспотевшие ладони оказались в его шершавых руках, и через них я явно ощутила перетекающее тепло. Мне было так спокойно, когда Виктор оказывался рядом.

– Затем, что я хочу о тебе позаботиться, Лик. Собирайся.

Хорошо, что оставалось немного вещей, но, даже несмотря на то, что я не относилась к барахольщицам, накопились за два года четыре сумки с вещами.

Виктор загрузил их в машину, а я мысленно попрощалась с квартирой, в которой было очень уютно. За эту пару лет прикипела к ней, как к своей.

– Я тебе уже давно говорил, чтобы задумалась о своей квартире.

Виктор включил кондиционер, и мы тронулись в сторону дома его сына:

– Говорил. Но я ничего пока не могу найти.

– Деньги же есть. А ты по этим съемным хатам.

Было неприятно говорить с ним о финансах. Но я уже привыкла к тому, что ко всему Виктор подходил с практической точки зрения. Во всем искал выгоду и наставлял меня на путь истинный.

Уже по традиции заехали в кофейню, и Виктор взял для меня мой любимый горячий шоколад.

Мы подкатили к высотке. Виктор как-то рассказывал, что эту квартиру купил своей бывшей жене и сыну после развода. Но первая супруга Виктора не так давно умерла. О подробностях этой стороны жизни мы никогда не говорили, да я и не лезла к нему с расспросами. Мне хватало разборок со Светланой, его второй женой. На дорогу внезапно выскочила кошка.

Успела выкрикнуть, прежде чем Виктор переехал бы бедное животное на своем внедорожнике. По улице прокатился звук тормозов, и железная махина остановилась в нескольких сантиметрах от ошалевшей кошки. Содержимое стакана моментально оказалось на моей светлой майке.

Горячая жидкость просочилась сквозь ткань, неприятно обжигая. И я оттянула майку, чтобы избавиться от дискомфорта. Виктор выругался под нос, окинул взглядом двор, но кошку как ветром сдуло.

– Ну что, горе ты мое луковое, выходим?

Повернулась к нему и даже немного зависла. Он был очень привлекательным мужчиной, таких возраст совсем не портил. Наоборот, казалось, что с годами он стал только лучше. В волосах уже была седина, но серые глаза лучились добром и мудростью. Отогнала от себя лишние мысли.

– Давай-давай, не поедешь же ты в грязной одежде.

Я окинула свой наряд взглядом и едва сдержала стон. Переодеваться в машине было проблематично.