Женщина отца

Тело против воли начало покалывать от нестерпимого желания.

Даже его голос действовал словно афродизиак. Я уже готова была забыть все обиды и сама на него запрыгнуть, утоляя голод. Вонзила ногти в ладонь, чтобы вернуться в реальность, и напомнила себе, какой он говнюк. Немного помогло. Сделала пару глубоких вдохов, приводя бешеное сердцебиение в норму. Насколько это вообще было возможно в его присутствии. Карие глаза неотрывно следили за каждым моим движением, и это напрягало до предела.

Я попыталась дать ему словесный отпор.

Каждый миллиметр молил о его прикосновениях. В мозгу взрывались снаряды, мешая думать здраво. Я не хотела сдаваться и отдаваться. Как бы сейчас ни ныло нутро, я не собиралась уступать. И его выдох, что я ведьма, отрезвил, приводя мысли в порядок.

Не додумалась не до чего лучше, чем просто врезать ему в пах. Парень согнулся от боли и тихо простонал:

– Ты что творишь, ненормальная?

А я ощутила хоть маленькое, но удовлетворение, наблюдая, как он корчился передо мной.

– Если ты подумал, что своей охренительной харизмой сможешь запудрить мне мозги, то очень сильно ошибся, милый. Я сейчас выйду, а когда вернусь, чтобы тебя тут не было. Иначе я вызову охрану и скажу, что застала тебя, роющимся в моем компьютере.

Я понимала, что это звучало очень жестоко. Но хрен ему, теперь моя очередь отыграться.

– Ты все прекрасно слышал.

Невинно хлопала глазками, пока лицо Антона темнело от гнева.

– Ты об этом пожалеешь, Мальвинка.

Я позволила себе расслабиться и даже разрешила думать, что Антон после последнего эпизода остыл и отвалил от моей скромной персоны. Непонятно было, что заставило его поменять мнение обо мне и пойти на контакт. Как-то меня вызвал к себе генеральный для очередного персонального поручения, и я с опаской поплелась в приемную. Оксана с кем-то разговаривала по телефону и только кивнула на стул, чтобы я присела.

– Хорошо, я вас поняла. Передам все Даниилу Андреевичу. Всего хорошего. До свидания.

– Ух, – подруга откинулась на кресло и весело усмехнулась, – уже год женаты, а до сих пор некоторые барышни, некогда бывшие его партнершами, думают, что он со мной в игрушки играет.

Я удивленно распахнула глаза от такого заявления. Она была поразительно спокойна и даже весела.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

Девушка громко фыркнула. Встала из-за стола и пошла к кофемашине.