Женщина отца

Хотела, чтобы он довёл до оргазма. Хотела кричать до той самой хрипоты. Извиваться на его твёрдом большом члене.

Антон что-то простонал на ухо, но я не слышала. В ушах гремела кровь. Ноги и руки тряслись от напряжения.

Равный выдох, и меня начали грубо трахать. Иначе это и не назвать. Мощные толчки. Его член то полностью выходил, то врывался на всю длину. Я забывала дышать. Скулила. Выгибалась ему навстречу. Ходила по краю оргазма и цеплялась за воздух, чтобы не разлететься на молекулы.

–Бл*, какая же ты одуренная.

Эти слова отправили меня за грань. Утащили в пучину бешеного оргазма. Тело сотрясалось от накатывающей эйфории. Низ живота сокращался под напором все ещё двигающегося в бешеном темпе, члена.

Какая к черту вечеринка после такого выжимающего все силы оргазма. Когда пришел в себя, даже не сразу понял, где мы. А когда очухался, мягко говоря, охренел. Не ожидал, что Мальвинка сможет так мне мозг отключить, что я займусь сексом в какой-то подсобке. Но увидев её, все ещё подрагивающую после нашего забега, ощутил, как по венам прокатилось удовлетворение.

Ревность для меня стала вообще неприятным открытием. Я не относился к ревнивцам. Мне было плевать, даже если девку, которую я только что поимел, уводил другой мужик. Но с Ликой точно было по-другому. Но что это, мне впервые не хотелось выяснять.

Мы молча доехали до моей квартиры. В памяти снова всплыл разговор с отцом и его женой. Захотелось позвонить и высказать папаше все, что я о нем думал. Но сил на это пока не было.

Лика замялась на пороге, и я без лишних слов утащил её в свою комнату.

Быстро стянул шмотки и притянул к себе, улетая в сон. Последней мыслью было, что рядом с ней спокойнее.

– Антон, мы, кажется, проспали!

Её возглас ворвался в подсознание. Я подскочил на кровати, и события вечера моментально ожили. Смотрел широко раскрытыми глазами за тем, как Лика носится по комнате, натягивая одежду. И понимал, что не готов к такому. И это нужно срочно исправлять.

Её голос снова проник в мое подсознание. Сам не заметил, как выпал из реальности, и все так же тупо сидел на кровати, наблюдая за сборами Лики.

Нужно было взять себя в руки. Самое стремное— это выставлять девушку за дверь. Да я и не собирался этого делать. По крайней мере, пока не удостоверюсь, что Лике есть куда идти.

Поймал на себе пронзительный взгляд голубых глаз, но тупо проигнорировал. Наконец оторвал себя от кровати и поплелся в душ.

– Антон, – донесся оклик Лики, – мы опаздываем. Помнишь?

– Помню, Мальвинка.