– А вас не удивляет факт того, что на похоронах Омута никто не захотел составить вам компанию?
– Я не люблю компании. От них много шума... Мне нравится тишина.
– И вас не возмущает, что никто не приехал на похороны?
– Абсолютно.
– Ну почему???"
"– Главное, что на них была я, – устало сказала я. – Нас всегда устраивало общество друг друга, и лишние люди нам не были нужны.
– Где вы теперь будете жить? В Москве или уедете за границу?
– Я не знаю. Я пока ничего не знаю... Жизнь покажет.
– Почему вы вернулись в Москву?
– Я коренная москвичка.
У меня есть московская прописка. Я вернулась домой. А еще мне очень хочется встретиться с одним человеком...
– Кто он?
– Это никого не касается.
– Вы ощущаете себя «черной вдовой»? Вы ведь вдова бандита.
– Вдовой, тем более черной, я себя не ощущаю...
– А кем же вы тогда себя ощущаете?
– Женщиной, которой подарили любовь, не требуя ничего взамен. Желаю и вам испытать подобное.
– Спасибо. Нам подобного не надо.
– Ваше право.
– Так вы все-таки навсегда останетесь в Москве или уедете за границу?
– Я не знаю.
..
– А вы не боитесь, что те, кто расправился с Омутом, могут теперь расправиться с вами?
– Я не вижу в этом смысла. Я ничего не знаю про Омута. Я жила со Степаном. И не думаю, что могу кому-то мешать или представляю собою опасность. Омут абсолютно посторонний, непонятный для меня человек. Мне не довелось его знать.
– Неужели вы до сих пор не понимаете, что ваш Степан и Омут – одно и то же лицо?
– Я не хочу об этом думать...
– А может, вы все-таки подумаете о том, что кличка человека, с которым вы жили, до сих пор внушает ужас многим людям? Омут безжалостный наемный убийца мафии.
Ведь он убивал криминальных авторитетов, банкиров и бизнесменов. Неужели он вам про это ничего не рассказывал?
– Нет. Я же вам сказала, что была незнакома с Омутом. Я жила со Степаном, который за все время нашей совместной жизни не обидел даже комара. Перед тем как сойтись со мной, он сразу поставил мне условие, что его прошлая жизнь – это табу.
– И вас это устраивало?
– Да, – кивнула я.
– А как же чисто женское любопытство?
– Я им не страдаю.
– А может, вы с Омутом ходили в тир и у вас была возможность лицезреть, как он стреляет без промаха?
– Мы никогда не ходили в тир, – отрезала я, устав отвечать на одни и те же вопросы.
– После того как вы узнали правду, вам стало страшно оттого, что вы жили с человеком, смерти которого ждали многие?
– Я устала говорить на эту тему. Я ничего не боюсь.
