– Эй, аккуратнее… ты так диски испортишь, – заметил Ростик, и Руслан, остановившись напротив кровати, в упор посмотрел на него:
– Ничего не хочешь мне сказать?
– Хочу. На ужин жрать нечего, холодос пустой совсем.
Руслан оторопел на секунду, а потом заорал, не отдавая себе отчета в словах:
– Холодос тебе пустой, значит?! А про двенадцать нападений в парке ты мне сказать ничего не хочешь, придурок?!
Не помня себя, он подскочил к Ростику, отвесил ему оплеуху и сдернул на пол. Брат забился в угол, к тумбочке, закрыл руками голову и заскулил:
– Руся… Руся… как ты… как ты узнал?!
Руслан даже задохнулся от этого вопроса.
Он все еще надеялся, что сейчас Ростик начнет отпираться, приведет какие-то доказательства собственной невиновности, возмутится, в конце концов, словами и подозрениями брата – ну а как еще должен вести себя невиновный человек? Но его хрупкая надежда окончательно разбилась вот об этот жалкий скулеж почти из-под кровати: «Как ты узнал?».
– Ты идиот! – хватаясь за голову, тихо проорал Ханович. – Ты понимаешь, что наделал, тварь?!"
"Ростик что-то пролепетал, по-прежнему закрывая руками лицо и голову, словно ожидал новых ударов.
– Где ты взял пистолет?
– К-купил… на рынке, я тебе покажу…
– Ты совсем идиот?! С повинной пойдешь теперь?! Ты понимаешь, что с тобой будет?! А со мной?!
Ростик осторожно опустил руки и жалобно посмотрел на Руслана:
– А… что теперь делать?
– А ты не подумал об этом раньше? Когда нападал на первую девчонку, а?! – наклонившись к нему, прошипел Руслан.
– Или ты надеялся, что никто не узнает? Или что я, как всегда, приду и разберусь?!
– А… ты можешь? – с надеждой заглянул ему в глаза брат, и Хановича едва не вывернуло от отвращения.
Взрослый человек выглядел как нашкодивший кот, более того – он совершенно серьезно рассчитывал, что сейчас Руслан, как обычно, решит его проблемы, и можно будет продолжать жить дальше. Но вот только теперь проблемы Ростик организовал посложнее, чем порезанная кожаная куртка одноклассника…
– Та-ак… Ну, говори, идиот, где сейчас пистолет?! – Ханович схватил брата за шиворот и начал трясти, как застигнутого с куском колбасы кота.
– Куда, спрашиваю, ты пистолет спрятал?!
– У-у-у… утопил… – проскулил Ростик, болтаясь в его руках и совершенно не оказывая никакого сопротивления.
«Тряпка, слизняк! – с отвращением думал Ханович, глядя на брата.
