На одной из них Антон в окружении скандирующих фанатов ЦСКА.
Хм…
– Есть хочешь? – раздается над ухом.
Подпрыгиваю на месте и разворачиваясь на пятках, хлестнув его по лицу синими кончиками своих волос.
– Мать твою! – вопит он и отходит на пару шагов. – Больно!
– Прости! – пищу я.
Как неловко. Мне явно не хватает сегодня очков. А он меж тем снял толстовку, и даже сквозь футболку я вижу, какой фантастический у него пресс. Скольжу взглядом по тату, которыми покрыты его руки. Ничего себе! Отсюда и не разобрать, так много там всего…"
"Когда возвращаю глаза к его лицу, оно насмешливое.
Но когда человек покрывает себя татуировками с головы до ног (я знаю, что на ногах они у него тоже есть), он не может не ожидать того, что люди будут на него пялиться.
– Больно, наверное, было, – спрашиваю я, имея ввиду его татуировки.
– Не больнее, чем по роже получать, – сообщает Бес.
Я это запомню. Возможно, когда-нибудь я решусь набить себе что-то маленькое и милое, такое девчачье.
– Ну, так… гхм… я пойду спать? – спрашиваю его, сама не знаю на что надеясь.
Вряд ли в таком состоянии он способен домогаться меня. А если бы смог?
Да? Нет?
– Ага, давай. Спокойной ночи, – говорит Антон и направляется к дивану.
Очень тихо сливаюсь, уверенная в том, что смогу найти вторую комнату в двухкомнатной квартире-студии. По дороге заглядываю в ванную. Кровать разобрана для меня, а на подушке лежит аккуратно сложенная футболка.
Кажется, мое сердце подпрыгнуло. Разворачиваю футболку и улыбаюсь. Там Антон рвет горло для огромной толпы анархистов.
Это так мило.
Быстро переодеваюсь и забираюсь под одеяло, которое пахнет им. Как и подушка.
Супер.
То, что надо.
Через тридцать секунд я сплю в доме потрясающего мужика, который спас меня на белом коне и даже не стал домогаться.
Жизнь – боль.
Глава 5
Просыпаюсь под трель будильника. Я предусмотрительно его завела, прежде чем отключиться на пять часов. Даже если Антон еще не проснулся, я вызову такси и уеду домой. У меня были планы на этот день – рыба на гриле, водоем.
К тому же не хочу навязываться.
Снимаю футболку и аккуратно кладу ее на заправленную постель. Жаль. Я могла бы носить ее как платье и вспоминать об этой ночи. О том, что я провела ее в постели Антона «Беса» Наумова. Одна. В самом деле, здесь есть что вспомнить.
Кое-как расчесываю волосы пальцами и выглядываю в окно. За ним отличный летний день, если не считать того, что сейчас осень. Взяв свою толстовку, выхожу из комнаты в джинсах и бельевом топе.
