Жестокая сказка

Я понимаю, что надо срочно поддержать разговор. Подыграть Ахметову. Да, в тёплые чувства с моей стороны он не поверит. Но в лёгкий интерес. Почему бы и нет?

Главное - начать. Зацепить хотя бы слегка. А там видно будет. Разберусь по ситуации. Только трудно думать, когда его до жути сильные руки сжимают дрожащее тело, а кругом раскидывается бездна. Мрачная. Жестокая.

Чертова судьба. Проклятье на века.

- И что ты добавил? - спрашиваю, безотчетно цепляюсь пальцами за ткань его чёрной рубашки. - Что именно достроил в этом замке?

- Увидишь, - от его короткого ответа мороз пробегает под кожей.

Даже самая простая и банальная фраза звучит зловеще, когда слетает с губ одержимого маньяка. Однако надо держаться, взять эмоции под контроль. Необходимо обуздать свои страхи. Зверь чувствует слабость. Не прощает.

- Здесь красиво, - говорю я. - Трудно вообразить, сколько сил сюда вложено, сколько труда. Нерушимая крепость практически зависает в воздухе.

- Это тюрьма, - хрипло бросает Ахметов. - Тюрьма и могила.

- Но он не красный, - выдаю и замолкаю, чувствую, как предательски сухо становится во рту.

Красный. Черт побери. Проклятый замок и правда красный. На первый взгляд кажется чёрным, очень темным. Однако если приглядеться, приблизиться, то становится ясно в чем заключается ошибка. Обман зрения. Мираж. Иллюзия. Настоящий цвет камня действительно красный.

От осознания истины передергивает. Новая волна трепета в моем теле вызывает у Ахметова издевательский смешок. Насмехается гад. Чует ужас. Впитывает.

- Ладно, расслабься, это материал такой, - хмыкает мужчина. - Не дергайся, не поможет. Пойми, принцесса, кровь бы давно смыло дождем. Это просто легенда. Жуткая и красивая. Сказка о том, что здесь перерезали кучу народа, даже стены побагровели, вобрали в себя щедрые жертвоприношения.

Сказка. Серьёзно? Сказки такими не бывают.

- Я бы хотела узнать больше, - шепчу, теряю свой пульс. - Об этом месте. Не только легенды. Все как есть.

Интересно, там существуют тайные ходы? Наверняка. Но моё безумное воображение рисует мрачные камеры в подземельях. Затхлые подвалы. Абсолютно безрадостная картина.

- Думаешь, поможет? - мрачно интересуется Ахметов.

- В чем? - голос окончательно срывается.