Жестокая сказка

Отчаянно тру тело мочалкой. Кожа краснеет, саднит, однако мне никак не удается взять эмоции под контроль, не выходит протрезветь от бури противоречивых чувств. Утыкаюсь лбом в запотевшее стекло, всхлипываю.

Боже. Как трудно будет его ненавидеть. Теперь. После всего. Мое нутро противится и бунтует, встает на дыбы.

Что я забыла? Реально забыла. Что?!"

"Самый страшный ночной кошмар. Лес. Темнота. Девушка-блондинка. Запах ржавчины забивается в ноздри. Единственная лампа слепит глаза до такой степени, что они начинают слезиться.

Давай, Юля, вспомни. Давай же. Тебе не нужна ничья помощь. Сама справишься. Надо только постараться.

Зажмуриваюсь, воскрешаю кадры прошлого.

Мне четырнадцать лет. Выхожу из школы, иду домой одна. Артур со мной не общается. Боится, ведь Ахметов переломал ему руки, изувечил бедного парня. Вокруг светло. Очень знакомая улица. Чувствую укол в плечо. Жгучий.

Дальше ничего. Сплошная темень. Пустота.

Ахметов срезает веревки. Зажимает мой рот ладонью.

«Кис. Кис. Кис».

Кто это говорит?

«Кисонька, иди ко мне».

Там был кто-то еще. Не только Ахметов и незнакомая мне девушка со светлыми волосами. Там был другой человек.

«Держи ее. Лови! Быстро…»

Даже несколько. Несколько людей. Кто они?

Воспоминания слишком обрывочные. Не могу разобрать, различить одно от другого. Все сливается и теряется в общем потоке.

Голова раскалывается от боли.

Блок. Самый настоящий барьер. Мой разум отказывается вспоминать. Было гораздо легче принять другие события. А здесь часть меня действительно отказывается вспоминать.

Ладно. Нужно время. Просто немного времени.

Все эти «кис-кис» всплыли недавно, при перелете, прежде ничего похожего не помнила, сперва списала на ситуацию с Назаром, пусть работорговец и не бормотал ничего такого, иного объяснения не находила. Теперь понимаю: поспешила с выводами.

Ахметов меня «кисонькой» не звал. И все те голоса. Теперь я четко различала их, один за другим, несколько разных мужских голосов. Правда приближалась и ускользала. Дьявол раздери, я совсем перестала разбираться в происходящем.

Остаюсь в душе очень долго. Продолжаю напрягать разум, однако все старания оказываются напрасны. Кадры с Ахметовым вливались в сознание за миг. А тут… проклятый затык. Громадная плотина на пути пробуждающейся памяти.