Жестокая сказка

Глаза отвел. Продолжал держать принцессу очень крепко, но уже знал, придется отдать, подчиниться правилам. Род выше личной воли. Приказ отца – единственный закон для целого клана.

- Отойди, сын, - это он на чужом языке сказал, намеренно выделил, чтобы моя принцесса поняла, кому по глупости доверилась. – Отпусти девчонку.

Я не мог. Впервые не мог покориться воле отца. Физически не удавалось.

- Ты будешь наказан, - бросил он уже по-нашему. – Хочешь, чтобы я наказал и ее? Тогда вдвоем в яму отправитесь.

Разжал пальцы.

Отошел в сторону. Отец выполнил бы угрозу. Злость из него перла, хоть голос и оставался спокойным. Обещал не трогать девчонку до восемнадцати, но мог сам изменить правила в любой момент.

- Ты на мать похожа, - сказал принцессе. – Брать твою грязную кровь будет сладко. Мой сын тебя давно оценил. Сразу схватил. Помнишь?

- Врете, - шипела она. – Вы врете.

- Наглая ты. Но ничего. Мои сыновья знают, как гордость с вашей породы сбивать. Годы пройдут – на своей коже их доброту почувствуешь. Клянусь, каждый из нас долг возьмет.

До капли.

- Вранье! – заорала. – Рустам не ваш сын.

- Ты старшему достанешься. Марат начнет, а после разделит пир с остальными. Мы щедрые люди, ничего не жалеем.

- Нет, - прорычал я. – Она моя.

- Рустам, проваливай, - рявкнул. – Рано эту овцу жрать.

- Отец…

- Я сказал.

Пришлось уйти. Но далеко я уходить не собирался, ждал девчонку возле дома, только она мимо прошла, даже глаз не подняла, под ноги смотрела, плелась совсем потерянная. В ее тонких пальцах был зажат черный прямоугольник.

Кассета. Я быстрее среагировал, чем понял суть.

Ворвался в дом Стрелецких, увидел на экране лицо своей погибшей сестры и рожу долбанутого урода, который ее погубил. «Принцесса Амина». Проклятое кино.

Я разбил телевизор, метнул первое, что под руку попалось.

- Тебе нельзя это смотреть.

- Кто ты? – прошептала девчонка, выкрикнула: – Убирайся!

- Принцесса…

Дотронулся до плеча.

- Нет! – заверещала. – Нет! Не трогай!

- Юля, - первый раз по имени назвал.

- Я тебя узнала, - отшатнулась.

– Ты сын чудовища. Вы забрали мою мать. Убили. Вы и меня убьете. Ты уже пытался. В ту ночь, когда поймал. Ты хотел меня убить.

- Юля, - взял ее за руку, пальцем по шраму провел.

- Ты Рустам! Рустам Ахметов. Ненавижу тебя и твоего отца.

- Ты моя, - перевернул ладонь, показал на отметину от ножа. – Моя невеста. Сама сказала. Сама выбрала. А про шанс помнишь?

- Нет, нет, нет, - забормотала и задергалась. – Убирайся! Не твоя и твоей не буду.