Жестокая сказка

Хотя когда Рустам прикасается к моей коже, весь мир замирает, а после разлетается вдребезги. Привычная реальность перестает существовать. Остается только наша.

Я стараюсь не думать обо всех тех ужасах, про которые сегодня узнала. Не сейчас. Не сегодня. Хватит. Достаточно.

Просто хочу ощущать своего мужчину рядом. Размышлять о том, на что он способен не желаю. Знаю: мне вреда не причинит. Никогда не тронет, не обидит. А другим? Другим лучше держаться от него подальше. Даже жуткому ордену ничего не светит в борьбе против моего Рустама.

Единственный. Первый во всем. Всегда.

Я пытаюсь отодвинуть подальше мысли о Графе, о том, что от него осталось. Обещаю себе вернуться к рассуждениям позже. Трудно осуждать убийство такого жестокого человека и подвергать сомнению гуманность способа. Однако и поощрять подобное нельзя. Самосуд – не выход. Но как поступить, если все вокруг продано и куплено? Выхода нигде нет. Правды не найти. Приходится вершить правосудие самим.

Я чувствую, как струи воды бьют по моему телу. Выгибаюсь, прикрываю глаза.

Рустам рядом. Близко. Очень. Чувствую, не глядя. Остро. Будто лезвие ножа скользит по моей влажной коже.

- Я украду твои кошмары, - обещает он.

- Я… в порядке, - отвечаю тихо. – Все хорошо. Просто слишком много мыслей в голове, но я справлюсь и сумею это преодолеть. Разговор был очень долгим и безумным.

Мой мужчина наливает в ладони гель для душа и начинает намыливать меня. Без мочалки. Прикасается очень нежно, едва дотрагивается. Сложно вообразить, что его пальцы способны причинить боль.

Такие ласковые и осторожные. Впечатление, будто по телу порхают бабочки, едва затрагивают крыльями. Млею сильнее с каждым прошедшим мгновением, растворяюсь в дурмане чувственности.

- Дыши, - шепчет Рустам, обжигает горячим дыханием.

В груди чуть щемит, но после его короткой фразы становится легче. Пальцы изучают мое тело смелее, проникают везде, порабощают и берут под полный контроль. Теперь по венам струится нега. Чистая. Ничем не замутненная. Блаженство.

Я не ощущаю возбуждения.

В привычном смысле. Это что-то абсолютно другое. Глубокое. Пульсирующее. Заполняющее каждую клетку. Дарующее свободу.

Пьянящие ласки расслабляют меня. Избавляют от напряжения в считанные секунды.

- Рустам, - обхватываю мускулистые руки. – Я тоже хочу так.

- Как? – насмешливо выгибает бровь.

- Хочу тебя помыть, - говорю и нервно закусываю нижнюю губу, моментально вспомнив свой прошлый отказ.

Боже. Кажется, это было в другой жизни и с другими людьми. Отель.