Жестокая свадьба

Складывалось ощущение, что люди устали от политических новостей, очередных выборов, курса доллара, мировых цен на нефть, потому что история обманутого бизнесмена Баграева, вышвырнувшего тайком подрабатывающую в эскорте молодую жену, буквально взорвала сеть.

И ладно бы просто сеть, Данка уже просто боялась заходить и читать эти новости, но с недавних пор столичные журналисты пронюхали, где живут девушки, и устроили настоящую осаду."

"Ольга даже полицию вызывала, но те приехали, развели руками и никакого криминала не нашли — в стране свобода слова.

Они же не митинговали под окнами, просто ждали, когда кто-то из сестер покажется из подъезда. Ясно, что Дана никуда не выходила, да она даже шторы перестала открывать — кто знает, какая там у них техника, может, перед окном дроны с камерами летают? Но и Оля не могла спокойно выйти из дому, журналисты сразу набрасывались с вопросами.

Мало того, что телефон оборвали — менять номер Ольге было пока совсем неудобно — упрашивали дать интервью, снять короткий сюжет и даже поучаствовать в телешоу.

Но когда явились и под больницу, терпение уже лопнуло у Ольгиного руководства. Ее отправили в отпуск, и теперь девушки вдвоем сидели в наглухо зашторенной квартире.

Надо сказать, женщины в комментариях Данку по большей части жалели и сочувствовали, на Данияла обрушился настоящий шквал насмешек и критики. Затем многие ресурсы вообще закрыли возможность комментировать. Но Дане одинаково противны были и те, и другие высказывания.

Это ее жизнь, только ее, она не нуждалась ни в сочувствии, ни в обвинениях, и то, с каким удовольствием люди мусолят подробности ее жизни, просто убивало. А главное, всех занимал основной вопрос: была ли Дания Литвинова эскортницей или нет?

Дальше начали вскрываться интересные факты, связанные с «Коммерс Продакшн», и обмусоливание Данкиной жизни получило новый виток. «Как сообщает инсайдер…», «Наш инсайдер информирует…», «По сведениям анонимного источника…» — под такими заголовками теперь лилась грязь на Данку, которую чуть ли напрямую обвинили в оказании эскорт-услуг.

Никто не знает, чем бы это закончилось, если бы однажды на экране Ольги не высветился незнакомый номер. Они переглянулись — брать или не брать? Оля с опаской скользнула пальцем по экрану, а потом ее лицо озарилось радостной улыбкой.

— Дядя Сережа! — и тут же сменилось удивлением. — Здесь? Да, конечно, — она продиктовала адрес.

Данка следила с интересом.