Он словно говорил: «Я вижу тебя насквозь». Эти браслеты отслеживали не только ложь. Они отслеживали твое нутро. Каждый гормон, каждое искривление правды, каждую дрожь.
- Мы играем в «живую правду», - произнесла Сибиль с той опасной мягкостью, которая заставляет мужчин терять волю. - Браслеты решают, кто правдив. А ложь… ложь требует искупления.
- Первый раунд... - голос Сибиль обволакивал, как вино. – я на правах хозяйки спрашиваю Карима.
Берет карту. Ее пальцы - тонкие, решительные. Она не смотрит на меня сразу.
Только после короткой паузы.
- Сколько женщин ты действительно любил, Карим?
Это вопрос-лезвие. Без подстраховки, без реверанса.
За моей спиной кто-то застонал, слишком громко, чтобы быть просто реакцией на вино. Женщина на коленях мужчины двигалась, медленно, грациозно, с наслаждением...
Я выдохнул. Не было смысла врать... Увидеть сейчас красный цвет на браслете- было бы поражением.
- Одну.
Браслет остается зеленым. Истина.
Сибиль слегка улыбается. Но я вижу - она не удовлетворена.
Я понимаю, что мой ответ может сейчас сильно усложнить сразу слишком много вопросов, но… шаг вперед сделан. Никто не говорил, что сегодня не будет больно…
Но Сибиль мало огня…
Она берет вторую карту. И ее взгляд скользит в сторону Ашура.
- Ашур. Делил ли ты с Каримом женщину в постели? - бросает она спокойно. Как будто спрашивает, пил ли он чай сегодня утром.
Инна замирает. Я замечаю это по едва заметному напряжению в ее плечах. Да, девочка, мир вокруг меня намного грязней, чем ты думаешь…
Ашур тянет паузу.
Он наслаждается этой ролью. Псевдодруг, вечный игрок. Сукин сын. Если бы не его мозги, давно бы вышвырнул…
Он улыбается. Пьет вино. Смотрит на меня, как будто говорит: «Помнишь, как было весело?»
Как минимум трое из нас за столом помнят.
Потому что третей была Сибиль…
- Да.
Зеленый свет.
Я уже чувствую, как внутри меня просыпается раздражение. Осторожное, капающее. Ашур - слишком расслаблен, слишком вольготен рядом с Ней. Его смех, его позы, его взгляд... все он делает так, будто имеет право.
Сибиль не ждет. Вопреки правилам, идет на повышение ставок и снова задает вопрос вдогонку.
- А хотел бы ты сделать это снова? С Каримом. Сегодня. Здесь.
И тогда он смотрит прямо на Инну.
Не на меня. Не вбок. Не мимолетно.
Прямо.
В её глаза. На её губы. На её грудь. Пожирая ее.
Долго. Спокойно. Вызов. Присвоение.
- Да.
Зеленый.
Во мне что-то ломается, дает сбой системы.
Это не ревность. Это - территория. Инстинкт. Право.
