Нас ведь не видели?
Хотя это будет чудо, если Багиров со своими мышцами и татуировками остался незамеченным. Тем более в таком виде он выходил из женского туалета.
Господи, какой позор. Надеюсь, мне не придется поднимать тему, чья это рубашка и как она на мне оказалась.
Скорей бы закончились пары. Уже не могу дождаться, когда я доберусь до общаги, где, наконец, смогу избавиться от мажорской рубашки и принять душ, чтобы смыть со своей кожи его запах. И стереть к черту память моего тела, к которому он снова прикасался.
И снова против моей воли. Будто это его Богом данное право.
Кажется, я до сих пор ощущаю его пальцы в моих волосах.
Какое-то странное чувство охватывает меня, и я рада, что Клавдия Владимировна завершает свое выступление и объявляет об окончании лекции.
Я использую этот момент, чтобы выбраться из своей головы и, покидав учебные принадлежности и тетради в рюкзак, поднимаюсь из-за парты.
Я почти выхожу из аудитории, когда мне в спину прилетает:
— Самойлова, задержитесь, пожалуйста.
— Иди, я догоню, — выдыхаю устало и машу Ире, после чего разворачиваюсь и плетусь к преподавательнице.
— Что-то случилось? — натягиваю улыбку, сжимая ремешки рюкзака в кулаках.
— Дело в вашем внешнем виде, — строго начинает она, оценивая скептическим взглядом мою импровизацию из мужской рубашки. — Обычно студентов не допускают в неподобающем виде на пары, но я сделала вам скидку, так как вы просто-напросто могли еще не успеть ознакомиться с правилами вуза.
Но кто-то донес информацию выше и тут я бессильна.
— Я могу объяснить…
— Не здесь, — преподавательница останавливает меня, покачивая головой. — Приберегите ваш рассказ для ректора. Кстати, вас попросили явиться в его кабинет.
Я открываю рот, но, не найдя что ответить, закрываю его.
К ректору. В кабинет. Класс!
— Удачи вам, Самойлова, — желает искренне Клавдия Владимировна и, кивнув мне, берет кучу папок со стола и первая выходит из аудитории.
Я следую ее примеру и отправляюсь на поиски кабинета ректора.
Я слоняюсь по этажам, пока не нахожу секретаря, который любезно указывает мне на дверь, где написаны ФИО ректора:
«Байрамова Марианна Арслановна».
Сглотнув ком, застрявший в горле от волнения, я потираю вспотевшие ладони о бедра и стучусь в дверь.
— Войдите, — раздается приглушенный женский голос и, вдохнув полной грудью, я нажимаю на ручку и неуверенно переступаю порог кабинета.
