Жестокие игры в любовь

— Заткнись, идиотка! Закрой свой рот или…

— Убери руки, больной урод!

Но отчим стиснул её ещё крепче и торопливо поволок через разгромленную кухню в прихожую. Достал из кармана ключ, отомкнул замок и буквально вытолкнул Мику на площадку.

— Ты ещё пожалеешь, сама прибежишь ещё, попомни моё слово.

Следом швырнул её сумочку и захлопнул дверь.

По лестнице бегом уже поднимался навстречу какой-то незнакомый парень.

— Что случилось?

Только сейчас на Мику накатил запоздалый страх, аж ноги резко ослабели и всю её затрясло.

— Вы целы? — допытывался паренёк.

А её так колотило, что она и сказать толком ничего не могла. Он скинул рюкзак, достал оттуда бутылку с минералкой, отвинтил крышку и заставил её сделать несколько глотков.

Потом проводил вниз и даже такси вызвал — у неё самой телефон ещё днём разрядился.

Во дворе на Мику все косились с любопытством и перешептывались: «А что произошло? Не знаете? Это на неё напали? А кто? Из какой квартиры?».

К счастью, вскоре подъехало такси.

Всю дорогу она пыталась успокоиться, внушала себе, что всё уже позади и вообще ничего катастрофичного не произошло, не успело… Но даже когда она вышла у своего подъезда, руки тряслись так, что пока судорожно искала ключ, выронила сумочку и всё разлетелось по асфальту. А главное, телефон упал неудачно — от удара экран подёрнулся сеткой трещин.

Наверное, эта мелкая неприятность стала последней каплей. Потому что Мика вдруг разрыдалась. Присев на корточки, собирала рассыпавшиеся вещи, а сама всхлипывала, то и дело стирая слёзы тыльной стороной руки.

С характерным пиканьем открылась подъездная дверь, и кто-то вышел на улицу. Мика, не поднимаясь, опустила голову пониже — не хотелось, чтобы соседи видели её такой и потом тоже шептались и сплетничали.

— Мика! — услышала она над головой. И тут же рядом присел Лёша и принялся ей помогать. — Что с тобой? Что случилось?

52

Собрав с земли всё, вплоть до старых магазинных чеков, Лёша бережно застегнул молнию и отдал сумку Мике.

— Скажи, что случилось? — повторил он.

Он действительно очень переживал, но Мика пока не могла говорить, вздрагивая от беззвучного плача.

— Пойдём.

Он взял её под локоть и повёл домой. Поддерживал до квартиры, словно боялся, что она оступится. Дверь открыл сам.

Потом проводил Мику до ванной и, убедившись, что она стоит не падает, тактично удалился.