Жестокий бог

Разговор по душам никогда не был нашей сильной стороной, особенно с тех пор, как умерла мама, и теперь мы расплачиваемся за это.

Я почувствовала, как моя кровать прогибается под его весом, и затаила дыхание. Внезапно вспоминания о множестве ночей, когда он сидел рядом со мной, чтобы прочитать мне сказку или рассказать греческую легенду, затопили мой разум. У меня перехватило горло от эмоций.

– Ленни.

Я втянула воздух, стараясь не заплакать.

– Мне следовало прийти раньше, дорогая.

Я ощутила, как подо мной зашевелился матрас, когда отец покачал головой.

Все в нем казалось массивным, впечатляющим, не от мира сего – даже его скульптуры. Может, в этом и состояла проблема. В моих глазах отец всегда выглядел намного грандиознее и внушительнее, чем был на самом деле, и мне пришлось свести его значимость на нет, прежде чем я смогла посмотреть на него, как на сложного человека с собственными недостатками и слабостями. Как на равного себе. Как на самого обычного человека.

Не говоря ни слова, я начала перебирать пальцами, просто чтобы чем-то занять свои руки.

– Я хотела, чтобы ты знал, то, что ты сказал… о чем ты говорил… с мисс Гарофало…

– Я ошибся с семьей Гарофало. – Отец выдохнул в темноту, и я почувствовала, как его плечи поникли.

– Знаю. Арабелла уже ввела меня в курс дела. Замужняя женщина, да? – Мои суждения не выдерживали никакой критики. Меня охватили отчаяние и усталость.

– Будет ли иметь значение, если я скажу, что мне стало очень одиноко? – спросил отец.

В его словах ясно слышалось поражение. Я снова покачала головой, зная, что он поймет это по движению матраса под нами.

– Я опустошен принятым мною решением.

Решение, я отметила его выбор слов. Это не ошибка. Дьявол скрывался в деталях, и мой отец все еще верил, что ему было нужно, чтобы то, что там произошло, случилось на самом деле – может, чтобы снова почувствовать себя человеком, а не просто художником.

То, что он сделал, выглядело ужасно, но это не было непростительно.

Во всяком случае, для меня. Его дочери. У меня не оставалось выбора. Я не была его женой. У него не было жены. Он предал не меня.

– Это не единственное разрушительное решение, которое я принял с тех пор, как переехал в Тодос-Сантос.

– О? – удивилась я."

"Он подвинулся, прижимаясь спиной к изголовью. Мое лицо вспыхнуло в темноте, когда я подумала о том, что эта кровать видела в последнее время. Вон в наручниках. Мы с Воном занимаемся сексом.